Часто в банкротных делах, где стоит вопрос о субсидиарной ответственности менеджмента, директора используют наивные отговорки. Самая популярная из них — это ссылка на номинальную должность. Но юристы напоминают: если лицо указано в ЕГРЮЛ в качестве директора, то оно несет ответственность, и это касается и «номиналов». Еще часто пытаются переложить ответственность на акционеров, бухгалтеров и юристов. Но такая стратегия тоже не работает: именно директор отвечает за управление компанией и решающее значение имеют его действия.
Юлия Литовцева приводит неудачный пример: «В недавнем споре один из ответчиков, считавший себя „невинной жертвой”, даже принес переписку в мессенджере, где обсуждал с другим работником должника получение указаний от бенефициара и их выполнение. Несложно догадаться, что тем самым он признал совместный и вполне сознательный характер действий и был привлечен к ответственности».
Юлия предлагает проанализировать, можно ли защититься, указав, что у ответчика не было полномочий и компетенций для принятия вменяемых в вину конкретных решений и заключения сделок и непричастности к их совершению.
Источник: «Право.ru».
Что сработает лучше
Первое, что нужно учитывать, — бремя доказывания лежит на ответчике. И если он не предоставляет отзыв, то суд должен расценивать такое процессуальное поведение как косвенное подтверждение обстоятельств, на которых и основано само заявление о привлечении к ответственности, разъясняет Ковбель. При этом простых эмоциональных заявлений недостаточно.
Как не верит слезам Москва, так не верят суды эмоциональным отговоркам ответчиков. В одном из споров в отзыве встретилась такая цитата: «Мое назначение получилось очень резким. Руководителя арестовали, и у нас в банке такое творилось, представляете: физики набежали, юрики». Суд подобным обоснованием, конечно, не удовлетворился.
Юлия Литовцева
Партнер, руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса «Пепеляев Групп»
Юлия Литовцева приводит неудачный пример: «В недавнем споре один из ответчиков, считавший себя „невинной жертвой”, даже принес переписку в мессенджере, где обсуждал с другим работником должника получение указаний от бенефициара и их выполнение. Несложно догадаться, что тем самым он признал совместный и вполне сознательный характер действий и был привлечен к ответственности».
Юлия предлагает проанализировать, можно ли защититься, указав, что у ответчика не было полномочий и компетенций для принятия вменяемых в вину конкретных решений и заключения сделок и непричастности к их совершению.
Источник: «Право.ru».
