Закрыть

Блокчейн-платформы в искусстве: юристы предупреждают

02.12.2019

Ксения Куликова

С развитием цифровых технологий стали появляться и активно развиваться блокчейн-платформы, предлагающие «приобретение долей» или «совместное владение» дорогостоящими предметами искусства. Так, например, в 2018 году одной из блокчейн-платформ был проведен децентрализованный арт-аукцион, где впервые «по кусочкам» было продано 31,5% от картины Энди Уорхола «14 маленьких электрических стульев». Также, по сообщениям СМИ, видео британской художницы Ив Суссман «89 секунд в Альказаре» было разделено на 2304 атома, представлявших собой фрагменты работы, каждый из которых был продан примерно за 100 долларов в криптовалютах.

Блокчейн-платформы, которые организуют такой формат продаж, подчеркивают, что стремятся сделать инвестиции в искусство безопасными и прозрачными, а главное — доступными людям со средним доходом. Таким образом, на арт-рынке развивается новый тренд на токенизацию предметов искусства и их продажу в новом цифровом формате, позволяющем расширить масштабы продаж с помощью привлечения новой многомиллионной аудитории. Однако фактически не обсуждается, что представляют собой подобные сделки с юридической точки зрения, так ли они безопасны, а также с какими проблемами могут столкнуться потенциальные покупатели. После анализа ряда публично размещенных в сети интернет правил использования блокчейн-платформ по подобной продаже искусства напрашиваются не самые оптимистичные выводы.

Что именно продается?

Согласно условиям большинства платформ, предметом купли-продажи являются токены, сертификаты или акции, которые, как указано на сайтах платформ, подобны покупке доли в произведении искусства. Минимальная сумма инвестиций в среднем составляет от $500 до $5000. Обобщенно суть идеи состоит в том, что собственник реального предмета искусства, желающий его продать, создает на блокчейн-платформе некий виртуальный аналог своего права собственности на произведение. Это виртуальное право собственности, исходя из стоимости предмета искусства, дробится на равные части (токены, акции, атомы и т. п., наименования отличаются в зависимости от платформы). Эти части предлагаются для покупки на рынке платформы другим ее пользователям, они могут в дальнейшем отчуждаться покупателями на этой же платформе, принося прибыль при условии роста общей стоимости произведения (или убытки при падении стоимости).

Сам оригинал произведения в его материальном смысле, по заверениям платформ, хранится в защищенных хранилищах, музеях или у самого продавца, если он сохраняет за собой какую-то долю в праве собственности. Собственник и платформа получают от покупателей денежные средства. При этом покупатели виртуальных долей (токенов, акций) не могут ни распорядиться самим предметом искусства, ни пользоваться или иным образом обладать им в материальном смысле. Они приобретают лишь некое удостоверение (сертификат или свидетельство), которое само по себе является активом, может быть продано (уступлено) в пределах этой же блокчейн-платформы.

Встречаются платформы, предлагающие инвестировать в проект по будущему приобретению платформой какого-либо предмета искусства, права на который будут разделены между участниками проекта пропорционально инвестициям.

Признаться, при прочтении пользовательских соглашений вспоминаются времена финансовых пирамид вроде МММ и сертификатов о праве собственности на звезду или кусочек лунной поверхности. И пока государства ищут взвешенные юридические походы к правовому регулированию происходящего, в реальности подобные платформы собирают от пользователей со всего мира значительные инвестиции.

С точки зрения права

Предложенная форма инвестиций далека от приобретения права собственности на долю в предмете искусства в общепринятом смысле. К приобретению предлагаются цифровые права, регулируемые особым образом. На данный момент ни в одной стране мира не существует полноценного и непротиворечивого законодательства в области цифровых прав. В большинстве стран к подобным операциям напрямую или по аналогии применяется регулирование ценных бумаг или иных финансовых инструментов.

С 1 октября 2019 года цифровые права (токены) в российском законодательстве официально являются самостоятельным объектом прав. В качестве цифровых прав признаются обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам.

Порядок привлечения инвестиций в цифровые права установлен в недавно принятом законе «О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ», который начнет действовать с 1 января 2020 года. Для привлечения денежных средств инвестиционная платформа (оператор) должна быть аккредитована Банком России, а ее собственный капитал должен быть не менее 5 миллионов рублей. Инвестирование может осуществляться физическими и юридическими лицами путем предоставления займов, приобретения ценных бумаг, а также путем приобретения утилитарных цифровых прав (права требования передачи вещи, интеллектуальных прав, оказания услуг или выполнения работ). Цифровыми правами (токенами) можно будет распоряжаться, в частности, продавать в рамках инвестиционной платформы.

На стадии обсуждений в Госдуме находится также законопроект № 419059-7 «О цифровых финансовых активах», который должен закрепить виды цифровых прав и их содержание, а также требования к их выпуску (эмиссии). Таким образом, российское законодательство в ближайшее время так или иначе урегулирует подобные модели привлечения инвестиций, и это регулирование осуществляется сходным образом во всем мире. Однако для тех, кто покупает предметы искусства посредством приобретения цифровых прав, существует ряд рисков.

Права реальные или виртуальные?

В правилах большинства платформ, продающих цифровые права (токены) на долю собственности в предметах искусства, нечетко и технологически запутанно прописано содержание конкретных прав, заключенных в предлагаемых токенах. Между тем, токены (цифровые права) могут подразумевать различный набор и прав, и обязанностей. В настоящий момент мировые финансовые регуляторы выделяют три основных типа токенов: платежные (payment tokens, синоним криптовалюты, используются только для расчетов, не заключают в себе никаких иных прав), утилитарные (utility tokens, призваны предоставить доступ к товарам и услугам платформы) и токены, обеспеченные активом (asset tokens, представляют собой участие в реальных физических активах). Границы между типами токенов крайне размыты, и в разных странах используются разные классификации. В связи с этим правовой статус цифровых токенов необходимо определять отдельно в каждом конкретном случае, исходя из условий инвестиционной платформы и страны ее регулирования.

В российском законодательстве вопрос о конкретных видах цифровых активов и их содержании пока остается дискуссионным, соответствующий законопроект находится на стадии обсуждения и принятия. Из формирующегося российского законодательства в данный момент прямо не следует, как именно с юридической точки зрения соотносится приобретаемый цифровой актив (токен) и обеспечивающий его реальный актив — предмет искусства, например. Учитывая, что по своей сути цифровое право — это лишь форма для закрепления любого существующего права (вещного, обязательственного, корпоративного), возможно допущение, что приобретение токена будет фиксировать и воплощать в себе передачу права собственности на имущество (полностью либо в доле). Однако пока из принятого законодательства такая возможность не усматривается.

Возникает ли общая собственность на оригинал произведения при покупке токена? В отсутствие четкого законодательного регулирования на этот вопрос можно ответить, только исходя из анализа конкретных документов платформы — в частности, решения о выпуске (эмиссии) токенов, предлагаемых соглашений с собственником предмета искусства, а также правил пользования инвестиционной платформой. Необычайно важна предварительная юридическая оценка перечисленных документов и всей содержащейся на сайте информации. Существует большой риск приобретения вместо собственности на долю в предмете искусства ничем не обеспеченного криптоактива, предоставляющего лишь право членства и пользования услугами платформы. Получить прибыль от такой инвестиции вряд ли получится.

Дополнительные расходы

В случае если документы платформы и решение о выпуске токенов предусматривают приобретение покупателем доли собственности в предмете искусства и представляют собой, кроме прочего, соглашение об общей собственности, то покупатель должен быть готов к дополнительным расходам, которые, скорее всего, он будет обязан оплачивать. Режим общей собственности налагает обязательства — пропорционально долям разделять все расходы, связанные с содержанием предмета искусства. Это могут быть расходы на хранение, транспортировку, экспертизы, выставки в целях повышения стоимости произведения и т. д. На некоторых платформах такие обязанности покупателей токенов прямо указаны. В ином случае они могут стать неприятным сюрпризом, принеся вместо прибыли большие убытки.

Кроме того, необходимо учитывать, что операции с цифровыми активами (токенами) уже в ближайшее время будут подлежать налогообложению. Со сделок с токенами придется платить налоги. Законодательной определенности в этом вопросе пока нет.

Отсутствие гарантий защиты инвестиций

Стоит учитывать, что исходя из существующего российского регулирования цифровые права (токены) на предмет искусства, приобретенные на иностранных платформах, не будут признаваться, а следовательно, подлежать защите в России. Это связано, во-первых, с тем, что эти платформы не соответствуют требованиям российского законодательства и не включены в реестр регулятора — Банка России. Во-вторых, российское законодательство пока не предусматривает возможности приобретения права собственности на материальный актив посредством цифровых прав. Поэтому те, кто уже приобрел подобные токены на иностранных платформах, скорее всего, останутся вне российского правого поля.

При принятии решения об инвестировании на иностранных платформах необходимо понимать, праву какой страны они подчинены, разрешает ли это право подобные сделки, а также какие органы контролируют такую иностранную платформу. Данная информация должна быть указана в правилах платформ. Как уже было отмечено, токены могут признаваться в качестве финансовых инструментов в соответствии с определенными критериями. В связи с этим иностранные платформы, выпускающие токены, в большинстве стран, как и в России, подконтрольны государственным финансовым органам, таким как SEC в США, MAS в Сингапуре или FINMA в Швейцарии.

Однако часто в пользовательских соглашениях можно увидеть ограничения по участию граждан тех стран, где на подобные инвестиции распространяется законодательство о ценных бумагах. Это делается в целях ухода из-под экстерриториального государственного регулирования и может свидетельствовать об использовании мошеннических схем.

Также в правилах встречаются прямые указания на то, что платформы не лицензируются и не контролируются каким-либо органом финансового надзора. При наличии подобных условий гарантии безопасности для инвестиций отсутствуют. Кроме того, большинство действующих платформ устанавливает в своих пользовательских соглашениях применение к спорам права иностранных юрисдикций, например, Сингапура или различных стран Евросоюза. Возникшие споры по правилам платформ подлежат рассмотрению исключительно в иностранных судах. В результате судебная защита инвестиций либо становится фактически недоступной, либо ее стоимость намного превышает сами инвестиции.

Ответственность блокчейн-платформ

На сайтах большинства платформ заявлено, что они сами отбирают предметы искусства для дальнейшей продажи, гарантируют их подлинность, проводят экспертизу, готовят доступные покупателям отчеты о провенансе и состоянии произведения. Однако если открыть пользовательские соглашения платформ, то в большинстве случаев,можно увидеть условия, жестко ограничивающие любую ответственность платформ перед потенциальными покупателями. Чаще всего указывается, что платформы, а также владеющие ими лица, директора и сотрудники не несут никакой ответственности за любые убытки пользователя, возникшие в результате использования платформы, продажи и хранения токенов, иных услуг и размещенной информации, а также за технические сбои и недоступность сайтов и сервисов. Зачастую указывается, что пользователи используют платформу на свой риск. Платформы не дают никаких финансовых советов, а информация на сайте не должна рассматриваться как «рекомендация». Встречаются даже такие условия, когда пользователь, присоединяясь, отказывается от права участвовать в любом групповом иске или в любом судебном разбирательстве против платформы и любого связанного с ней лица.

Проверка платформой надежности пользователей также часто ограничивается минимальным сбором гарантий от самих пользователей. Например, сами участники заявляют и гарантируют, что вся информация о них, об их имуществе является точной, актуальной и не вводящей в заблуждение, любые деньги, которые пользователи используют через платформу, не происходят от преступной деятельности, а законодательство страны пользователя не ограничивает прав на инвестиции с использованием подобных платформ. С учетом того, что при покупке токенов, инвестиционное соглашение заключается напрямую между пользователями (собственником предмета искусства, выпустившим токены, и покупателем), в отсутствие надлежащей проверки платформой участников и неподотчетности платформы каким-либо госорганам, существует значительный риск вовлечения в схему отмывания денег.

Таким образом, в реальности нет никаких гарантий того, что предмет искусства, обеспечивающий токен, существует, является подлинным, и именно собственник предмета искусства торгует токенами на платформе.

Как отмечают мировые финансовые регуляторы, приобретение цифровых активов (токенов) на данный момент является высокорискованным инвестированием, где крайне высока вероятность потери вложенных средств без каких-либо гарантий защиты. Предложения блокчейн-платформ по такому специфическому приобретению предметов искусства можно рассматривать как эксперимент, имеющий инновационный потенциал, но вкладывать в предметы искусства подобным образом значительные суммы пока небезопасно.

Источник: АртГид

Возврат к списку

06.12.2019
Юррынок-2019: рост вопреки
Подробнее
06.12.2019
Девять практик и отраслей «Пепеляев Групп» вошли в первую группу Право.ru-300
Подробнее
05.12.2019
Верховный суд РФ рассмотрит дело о строительстве гипермаркета в охранной зоне ЛЭП
Подробнее