Закрыть
Поиск по сайту
Закрыть

Юридические последствия ограничений для внешнеторговых и внутренних контрактов

23.04.2015
12 мин.
на чтение

Для международных и внутренних договоров введенные санкции имеют разные юридические последствия. Однако основными и самыми надежными способами для бизнеса пережить геополитическую турбулентность являются проявление должной осмотрительности при заключении контрактов, а также тщательная проверка заключаемых контрактов на соответствие введенным в отношении сделок международной купли-продажи ограничениям.

Настоящая статья описывает проблемы в самом общем виде. Большинство из затронутых в ней вопросов могут быть предметом обсуждения и имеют множество неосвещенных нюансов. В сложившихся условиях нет какого-то универсального рецепта решения возникающих проблем, каждая ситуация заслуживает индивидуального подхода.

В условиях международных санкций, введенных против России, и ответных санкций России заключение международных договоров, как, впрочем, и внутренних, требует установления процедуры комплаенса. Прежде чем вступать в договорные отношения, участнику рынка нужно ответить себе на два вопроса. Не подпадает ли под действие санкций предмет предполагаемой сделки? Не подпадает ли под действие санкций сам потенциальный контрагент? Ответ на второй вопрос требует должной осмотрительности и тщательной проверки в связи с наличием в механизме санкций критерия контроля (санкции распространяются не только на непосредственно поименованные в соответствующих документах компании, но и на компании, контролируемые ими на 50% и более).

Если речь идет о санкциях, введенных против России, вопрос комплаенса, вероятнее всего, будет интересовать в первую очередь зарубежных контрагентов ввиду серьезной ответственности, установленной законодательством США и стран — членов Европейского союза за нарушение режима санкций. Однако осмотрительность исключительно важна и со стороны субъектов российского права, так как даже в том случае, если зарубежный контрагент решит по каким-то причинам рискнуть, заключенный договор будет крайне сложно исполнить в принудительном порядке, если добровольно он исполнен не будет.

Введение санкций имеет разные юридические последствия для внешнеторговых и внутренних (последующая перепродажа) договоров.

Последствия в отношении сделок между российскими и иностранными контрагентами

Запрещение экспорта или импорта товаров в/из страны одного из контрагентов, делающее невозможным исполнение договора, является, согласно большинству оговорок о форс-мажоре, основанием для освобождения стороны от ответственности за неисполнение обязательств по договору. Этого же мнения придерживается Торгово-промышленная палата РФ (далее — ТПП РФ), такая же позиция была озвучена Международным коммерческим арбитражным судом при ТПП РФ (далее — МКАС) в решении от 17.04.2003 № 73/2002.

Конвенция ООН о международной купле-продаже товаров, заключенная в г. Вене 11 апреля 1980 г. (далее — Венская конвенция), допускает освобождение стороны по договору, нарушившей его, от ответственности, в случае если неисполнение произошло вследствие обстоятельств вне ее контроля, а также по вине третьего лица, если неисполнение такого третьего лица произошло вследствие обстоятельств вне его контроля (ст. 79).

Это значит, что, если к отношениям применяется Венская конвенция, продавец не несет ответственности перед покупателем за неисполнение своих обязательств по поставке товара, если это вызвано невозможностью импорта товара продавцом или получения товара от третьего лица вследствие обстоятельств форс-мажора.

Таким образом, в соответствующих случаях (спор из международного договора купли-продажи, содержащего соответствующую оговорку о форс-мажоре или подчиненный Венской конвенции или иному материальному праву с аналогичными нормами) введение санкций может расцениваться как обстоятельство непреодолимой силы.

В большинстве случаев контрактом устанавливается обязанность заинтересованной стороны поставить своего контрагента в известность о наступлении обстоятельств форс-мажора для того, чтобы приобрести право ссылаться на них как на основание для освобождения от ответственности за неисполнение обязательств. Срок, установленный для такого уведомления, бывает зачастую не очень продолжительным.

Однако само по себе возникновение таких обстоятельств может не освобождать стороны от ответственности, для освобождения может требоваться подтверждение факта форс-мажора компетентным органом того государства, на территории которого такое обстоятельство имело мес¬то. Например, во внешнеторговых контрактах с участием российских организаций может содержаться условие, в соответствии с которым неотъемлемой частью контракта является Положение о порядке свидетельствования ТПП РФ обстоятельств форс-мажора (утв.постановлением Правления ТПП РФ от 30.09.94 № 28-4) (далее также — Положение).

В таком случае подтверждением наступления на территории Российской Федерации обстоятельств форс-мажора для целей применения указанных в договоре последствий является Сертификат о форс-мажорных обстоятельствах (далее — Сертификат), выдаваемый в установленном ТПП РФ порядке. Само же по себе наступление таких обстоятельств, без соответствующего оформления, не является форс-мажором и ограничения ответственности не влечет.

Несмотря на установленный Положением порядок подтверждения форс-мажорных обстоятельств, заинтересованной стороне целесообразно незамедлительно уведомлять своих контрагентов о наступлении таких обстоятельств, не дожидаясь выдачи Сертификата. Как правило, договорные условия о форс-мажоре предполагают обязанность уведомления контрагента в срок, начинающий течь с момента возникновения соответствующих обстоятельств, а не с момента получения Сертификата. Поэтому, ожидая изготовления Сертификата, заинтересованная сторона рискует пропустить установленный срок и лишиться права ссылаться на обстоятельства форс-мажора как на основание освобождения от ответственности.

Последствия в отношении сделок между российскими контрагентами

Иные последствия имеют санкции для внутренних договоров, заключенных между российскими организациями, одна из которых (дилер) закупает подпавший под ограничения импорта товар у зарубежных контрагентов, а вторая (покупатель) закупает такой товар у дилера.

В случае если такая сделка регулируется российским правом, запрет на ввоз ряда товаров может не быть признан судами обстоятельством непреодолимой силы, а равно и существенным изменением обстоятельств (в порядке ст. 451 ГК РФ). В судебной практике существует позиция суда относительно того факта, что предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК РФ), а также что запрет на ввоз тех или иных товаров вводился и ранее, а значит, вступая в договорные отношения, стороны могли предвидеть наступление таких обстоятельств (см. постановление ФАС Северо-Западного округа от 27.06.2014 по делу № А21-8837/2012).

Однако российское право предлагает для подобных случаев иной способ правовой защиты: обязательство, исполнение которого стало невозможным вследствие издания акта государственного органа, в соответствии с правом РФ прекращается полностью или в соответствующей части (п. 1 ст. 416, п. 1 ст. 417 ГК РФ; при этом для целей прекращения обязательства нормы ст. 417 ГК РФ являются специальными по отношению к положениям ст. 401 ГК РФ, которые в данном случае применению не подлежат).

При решении вопроса о том, является ли запрет на импорт в Российскую Федерацию отдельных категорий товаров, произведенных в конкретных странах, основанием для прекращения обязательств, необходимо учитывать в том числе формулировки условий соответствующих договоров о товаре. Представляется, что в рассматриваемом случае обязательство подлежит прекращению, только если его исполнение невозможно именно в том виде, в котором оно согласовано в договоре. Такая ситуация возникает либо в том случае, когда в договоре прямо указана страна, из которой должна быть осуществлена поставка, и в отношении именно этой страны Россией введены санкции, либо в том случае, когда товары, являющиеся предметом договора, производятся исключительно в странах, попавших в санкционный список, и не производятся где-либо еще.

Во всех остальных ситуациях обязательство дилера поставить товар подлежит исполнению ввиду отсутствия ограничений на импорт аналогичных товаров из государств, не попавших под действие санкций. В соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск, и невозможность поставить товар, приобретенный дилером у конкретного поставщика (при наличии возможности поставить аналогичный товар путем его покупки у других поставщиков), вследствие прекращения деловых отношений, существовавших на момент заключения договора, должна признаваться одним из таких рисков.

Невозможность исполнения договорного обязательства может означать также прекращение действия договора в целом — в том случае, если прекращенные обязательства исчерпывают содержание до¬говора. В иных случаях договор остается в силе в части не прекращенных невозможностью исполнения обязательств.

Товары, поставленные до прекращения обязательства, подлежат оплате покупателем в соответствии с условиями договора и ст. 486, 513 ГК РФ.
Предоплату за товар, обязательство по поставке которого прекратилось, поставщик должен вернуть на основании п. 3 ст. 487 ГК РФ.

Отдельного внимания заслуживает то, что санкции, введенные против России, не имеют обратного действия, в то время как ответные санкции фактически распространяются также на договоры, заключенные до их введения. Это связано с иным механизмом российских санкций. Если в зарубежных странах за несоблюдение режима санкций предусмотрены очень серьезные меры ответственности (и предполагается наличие государственного контроля за соблюдением санкционного режима), то Россия избрала более эффективный и более гуманный для собственного бизнеса механизм: запрещенные к ввозу товары попросту подлежат задержанию на границе. При этом действующим законодательством никакой ответственности российских организаций за попытку обойти санкции пока не предусмотрено, хотя уже и подготовлен проект соответствующих изменений в Кодекс об административных правонарушениях. Однако предписание органам таможенного контроля о запрете доступа на территорию РФ запрещенных к ввозу товаров начало действовать немедленно вне зависимости от даты заключения контракта, по которому осуществляется поставка.

Процессуальные механизмы разрешения споров...

Так как же можно понудить контрагента к выполнению обязательств по договору, затронутому санкциями, если такое исполнение, с учетом вышеизложенного возможно?

...по сделкам, затронутым ответными российскими санкциями

В отношении санкций, введенных Россией, ситуация двоякая: возможность фактического исполнения договора в данном случае зависит вовсе не от поставщика, а от органов таможенного контроля РФ (подробно см. выше). Это означает, что, даже получив благоприятное решение суда или арбитража, покупатель не может рассчитывать на то, что оно будет исполнено. То есть даже в случае, если иностранный импортер, действуя добросовестно в соответствии с обязательством, или в ходе исполнения решения суда или арбитража предпримет попытку импортировать попавший под санкции товар на территорию России, такой товар, вероятнее всего, будет задержан на границе. Таким образом, исполнение договора в данном случае не зависит от воли сторон. Поэтому эффективным способом защиты права в данном случае будет ссылка на форс-мажорные обстоятельства с последующим прекращением договора или прекращение договора в связи с невозможностью его исполнения, как это было описано выше.

Однако, несмотря на то что возможность исполнения международных договоров поставки фактически не зависит в рассматриваемом случае от воли сторон, она зависит от условий договора, а именно — от способа поставки в части определения момента перехода прав на товар, момента исполнения обязательства. Так, возможна ситуация, в которой, согласно условиям договора, обязательство поставщика считается исполненным в момент передачи товара за пределами границы РФ. Представляется, что в таком случае договор должен считаться исполненным поставщиком надлежащим образом. В таком случае, на наш взгляд, отсутствуют основания для предъявления к поставщику каких бы то ни было претензий.

Менее мрачные перспективы судебного разбирательства у споров по договорам поставки, заключенным между российскими организациями. В данном случае покупатель имеет возможность понудить дилера к исполнению договора в случаях, когда условия договора сформулированы способом, допускающим замену подлежащего поставке товара на аналогичный, не запрещенный к импорту, товар (подробно см. выше).

...по сделкам, затронутым санкциями зарубежных государств

В отношении сделок, затронутых санкциями зарубежных государств, процессуальные нюансы разрешения споров еще более сложные.

Во-первых, определенные сомнения вызывает сама возможность рассмотрения некоторых возникающих споров. Так, ст. 11 Директивы (ЕС) от 31.07.2014 № 833/2014 устанавливает запрет на удовлетворение связанных с введением санкций требований, заявленных поименованными в Приложении III лицами (в отношении которых введены санкции), любыми иными российскими физическими, юридическими лицами или государственными органами, а также любыми лицами, действующими через или от лиц, поименованных выше субъектов права.

Этой же статьей установлен запрет на приведение в исполнение решений, вынесение которых запрещено рассматриваемой статьей (принятых на основании заявлений перечисленных в предыдущем абзаце лиц).

Таким образом, можно прийти к выводу, что если само по себе получение решения в пользу российского лица, пострадавшего в результате введения санкций, еще возможно (в частности, обращение в арбитражи государств, не принимающих участия в санкциях), то в случае необходимости принудительного исполнения таких решений на территории стран — участников ЕС у российской стороны могут возникнуть значительные сложности вплоть до полной невозможности исполнения.

Общие для затронутых санкциями сделок вопросы

Еще один интересный момент — споры, рассматриваемые МКАС.

В случае, если сторонами международного договора купли-продажи не согласовано материальное право, подлежащее применению, к заключенному договору в большинстве случаев применению подлежит Венская конвенция. Вопросы, не урегулированные этой Конвенцией, регулируются правом, применимым в силу норм международного частного права. На основании п. 2 ст. 28 Закона РФ от 07.07.93 № 5338-1 «О международном коммерческом арбитраже» МКАС применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми. В соответствии с положениями ст. 1211 ГК РФ в отсутствие указания закона или соглашения сторон об ином применяется право страны, где на момент заключения договора находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания до¬говора. В случае договора купли-продажи или поставки (являющегося разновидностью купли-продажи, в соответствии с ч. 5 ст. 454 ГК РФ) стороной, осуществляющей существенное исполнение, признается поставщик.

Таким образом, если сторонами не достигнута договоренность о применимом материальном праве в соответствии с российскими коллизионными нормами, применению подлежит право страны продавца (поставщика), а следовательно, и установленные таким правом санкции.

Возмещение убытков, причиненных режимом санкций

О полном возмещении понесенных организациями в связи с введением санкций убытков можно только мечтать. Однако предпринять отдельные действия для минимизации финансовых потерь вполне возможно.

Как уже было сказано выше, в соответствии с российским правом в случае прекращения обязательства покупатель несет обязанность по оплате товаров, поставленных до такого прекращения. Кроме того, поставщик обязан возвратить покупателю предоплату за товар, обязательство по поставке которого прекратилось.

Данные меры по уменьшению убытков применимы в большей мере в отношениях между российскими компаниями (поставщик и дилер), затронутых санкциями зарубежных стран.

Поскольку отношения таких участников рынка с большой вероятностью подчинены российскому праву и подлежат рассмотрению в российских судах, мы не усматриваем непреодолимых сложностей для достижения положительного для заинтересованной стороны решения и его исполнения.
В случае спора между российским покупателем и зарубежным поставщиком у российской компании гораздо меньше шансов на благоприятный исход дела. Это связано в первую очередь с высокой степенью вероятности применимости норм государства, участвующего в санкциях против России, к рассмотрению такого спора и, во-вторых, со значительными сложностями принудительного исполнения благоприятных для российской стороны решений на территории государств, применяющих санкции против России.

Оспаривание актов государственных органов

В отношении российских ответных санкций существует еще один, хотя и чрезвычайно тернистый, путь к уменьшению расходов — оспаривание акта государственного органа.

Стороны, понесшие убытки в результате невозможности исполнить обязательство в связи с принятием акта государственного органа, вправе требовать их возмещения. В соответствии со ст. 13 ГК РФ акты государственного органа, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны недействительными. А в соответствии со ст. 16 ГК РФ, убытки, причиненные незаконными действиями государственных органов, подлежат возмещению.

Таким образом, для того чтобы обратиться к РФ о взыскании убытков, необходимо сначала в судебном порядке признать незаконными те акты, которые, по мнению заявителя, привели к возникновению таких убытков.

В настоящее время такая попытка уже была предпринята: это дело по иску ОАО «Мурманский рыбокомбинат» (дело № ¬АКПИ14-1124). Заявитель оспаривал список запрещенных к ввозу товаров в части запрета на ввоз живой рыбы. Свою позицию заявитель обосновывал в том числе тем, что введение подобного запрета не соответствует Указу Президента РФ от 06.08.2014 № 560 «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации», противоречит основным целям государственной политики в области развития малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, Верховный суд РФ (решение от 11.11.2014 № АКПИ14-1124) указал, что оспариваемый перечень соответствует законодательству РФ, принят Правительством РФ в рамках его полномочий.



***

Таким образом, несмотря на непростую ситуацию и заведомо неравное положение коммерсантов по сравнению с государствами, в некоторых случаях могут быть использованы правовые способы сокращения экономического ущерба для организаций, деятельность которых затронута санкциями.

Возврат к списку

Для получения доступа к Обзорам судебной практики по налоговым спорам необходимо оформить подписку.

Год

30000 рублей + НДС

Подписаться
Я уже подписчик

Необходимо авторизоваться чтобы получить доступ

Авторизоваться

По вопросам подписки обращайтесь, пожалуйста, к Маргарите Завязочниковой
E-mail: m.zavyazochnikova@pgplaw.ru
Nел. +7 (495) 767 00 07

18.10.2021
Конституционный Суд РФ принял жалобу, подготовленную специалистами «Пепеляев Гру...
01.10.2021
Константин Шарловский принял участие в Партнеринге «Лекарства России – к междисц...
17.09.2021
Юристы «Пепеляев Групп» успешно защитили интересы пациентки в суде по делу, связ...
26.08.2021
Александр Кузнецов – автор монографии «Реорганизация хозяйственных обществ: граж...
19.08.2021
«Пепеляев Групп» усиливает судебную практику в сфере корпоративных споров
28.07.2021
«Пепеляев Групп» усиливает свои позиции в области энергетики
28.07.2021
Рекомендации от ФПА РФ: как обезопасить себя от действий мошенников, прикрывающи...
18.06.2021
Прецедентный проект «Пепеляев Групп»: Верховный Суд впервые рассмотрел дело о во...

Вход | Регистрация

E-mail

Click here to subscribe our English newsletters