Сергей Сосновский, партнер, руководитель налоговой практики в Санкт-Петербурге, к.ю.н., и Владимир Воинов, ведущий юрист, «Пепеляев Групп», – спикеры Десятого Форума финансовых директоров строительной отрасли, рассказали CFO Russia, чем отличаются налоговые проверки у застройщиков и подрядчиков, нужно ли «всё объяснять» при предоставлении документов на проверку и что необходимо иметь в виду при вызове сотрудника на допрос.
Что сегодня проверяют у застройщиков и подрядчиков в рамках налогового контроля строительных компаний?
Сергей Сосновский: У застройщиков и подрядчиков проверяют разные вопросы, и это неспроста. Застройщики продают жилье по договорам долевого участия. Эта деятельность не облагается НДС, поэтому они не принимают к вычету НДС по товарам и работам, которые покупают. Соответственно, основной интерес к застройщикам лежит в области применения специальных норм, касающихся налогообложения этой деятельности. Налоговая инспекция смотрит, при каких условиях их продажи освобождаются от НДС. А также при каких условиях они не облагают налогом на прибыль средства, полученные от дольщиков или с эскроу-счетов. Проверяют то, как застройщики несут расходы по созданию инфраструктуры и могут ли эти расходы уменьшать их налоговые обязанности.
Владимир Воинов: С подрядчиками, можно сказать, всё немного проще. У них интересуются «входным» НДС, тем, чтобы контрагенты подрядчиков заплатили свой НДС, чтобы контрагенты контрагентов тоже заплатили, и так далее по цепочке. Получается, что подрядчик в большей степени зависит от своих контрагентов. Поэтому ему надо внимательней приглядываться к контрагентам – тем, кто будет для него выполнять работы, – потому что к этим контрагентам будет потом приглядываться налоговый орган. И на стадии проверок, и на стадии предпроверочных мероприятий.
Уточните, пожалуйста, такой момент. При предоставлении документов в рамках камеральных проверок надо ли налогоплательщику стремиться «все объяснить»? Например, в случае подрядчика расписать всю эту цепочку контрагентов, или что-то можно не объяснять?
Сергей Сосновский: Мне кажется, некоторые налогоплательщики считают: «Ну мы-то хорошие, у нас всё по-белому. Мы обо всём расскажем, налоговый орган с нами согласится, и будет у нас полное счастье». А кто-то наоборот входит в состояние осажденной крепости: «Никогда ничего рассказывать не буду, только по самому минимуму». Где истина? Наверно, где-то посередине.
Я думаю, нужно реагировать на любые запросы налоговых органов. В ходе камеральных проверок нужно представлять требуемые документы. Но что касается пояснений того, за что сам налогоплательщик не отвечает (то, о чем говорил Владимир: привлечение контрагентов и контрагентов контрагентов, и так далее), нужно найти какую-то разумную точку, на которой останавливаться и дальше уже не пояснять. Скажем так: делай что должно и будь что будет. Думаю, здесь «должно» – это представлять на проверку то, за что отвечаешь сам.
А какие тенденции вы сегодня наблюдаете в проверках налоговых органов? Поделитесь рекомендациями: как подготовиться к камеральной проверке?
Владимир Воинов: Углубимся немного в историю. Вот раньше у нас была выездная проверка: инспекция приезжает к налогоплательщику и смотрит его документы. Была камеральная проверка: инспекция смотрит декларацию, налогоплательщик везет документы в налоговый орган. А сейчас акцент в проверках налоговых органов немножко сместился. Большее значение приобретает даже не камеральная проверка, а так называемый предпроверочный анализ. То есть инспекция берет налоговую декларацию, но говорит: «Мы не камеральную проверку проводим, а просто просим вас предоставить информацию о той или иной сделке». Есть у них такое полномочие. С этим налогоплательщики долго боролись, говорили: «Как же так, вне рамок проверок у нас столько запрашиваете». Да, запрашивают, и с этим ничего не поделаешь. Как к этому подготовиться? Прежде всего, надо понимать, что налоговые органы сейчас обладают большим объемом информации о сделках налогоплательщиков, которые к ним поступают в рамках системы АСК НДС – автоматического контроля за уплатой налога. Но если вам на стадии предпроверочных мероприятий прислали требование предоставить информацию по конкретной сделке, значит, у налоговых органов есть обоснованное подозрение, что где-то налог неправильно заплачен то ли вами, то ли вашим контрагентом, то ли контрагентом контрагента.
Что делать? Прежде всего выбирать своих контрагентов надлежащим образом и очень аккуратно отвечать на вопросы налогового органа. Внимательно смотреть, что он запрашивает, и отвечать по запрашиваемой тематике. Обычно налоговики интересуются информацией о сотрудниках, которые совершали сделки. Сначала инспекция просит предоставить объем информации по конкретной сделке. Зачем-то запрашивает первичку: договор, счета-фактуры, хотя у них все это есть. А дальше уже начинаются вопросы: как вы нашли этого контрагента, кто с ним контактировал и так далее. И надо понимать, что у налоговых органов есть такой инструмент, как допрос свидетелей. То есть людей, взаимодействовавших с контрагентом, которого инспекция подозревает в неблагонадежности. Сотрудников, которых вы впишете в ответ, скорее всего, вызовут на допрос. Надо быть к этому готовым. Это серьезный инструмент в руках налоговых органов. При этом они умеют проводить допросы в нужном ключе – так формулируют в протоколе вопросы и ответы, что невиннейшая ситуация выглядит страшным криминалом. Бывает, что у сотрудника, уже после умело проведенного допроса, его коллеги спрашивают: «Как ты такое сказал?», а он недоумевает: «Не знаю». «Как же так? Подпись в протоколе допроса твоя?». «Моя, но я имел в виду совершенно другое». А налоговый орган как записал, так и записал, и потом эти показания очень трудно оспорить. Поэтому мы рекомендуем и при подготовке ответов на требования, и при походе в инспекцию на допросы привлекать специалистов.
Источник: CFO Russia
Что сегодня проверяют у застройщиков и подрядчиков в рамках налогового контроля строительных компаний?
Сергей Сосновский: У застройщиков и подрядчиков проверяют разные вопросы, и это неспроста. Застройщики продают жилье по договорам долевого участия. Эта деятельность не облагается НДС, поэтому они не принимают к вычету НДС по товарам и работам, которые покупают. Соответственно, основной интерес к застройщикам лежит в области применения специальных норм, касающихся налогообложения этой деятельности. Налоговая инспекция смотрит, при каких условиях их продажи освобождаются от НДС. А также при каких условиях они не облагают налогом на прибыль средства, полученные от дольщиков или с эскроу-счетов. Проверяют то, как застройщики несут расходы по созданию инфраструктуры и могут ли эти расходы уменьшать их налоговые обязанности.
Владимир Воинов: С подрядчиками, можно сказать, всё немного проще. У них интересуются «входным» НДС, тем, чтобы контрагенты подрядчиков заплатили свой НДС, чтобы контрагенты контрагентов тоже заплатили, и так далее по цепочке. Получается, что подрядчик в большей степени зависит от своих контрагентов. Поэтому ему надо внимательней приглядываться к контрагентам – тем, кто будет для него выполнять работы, – потому что к этим контрагентам будет потом приглядываться налоговый орган. И на стадии проверок, и на стадии предпроверочных мероприятий.
Уточните, пожалуйста, такой момент. При предоставлении документов в рамках камеральных проверок надо ли налогоплательщику стремиться «все объяснить»? Например, в случае подрядчика расписать всю эту цепочку контрагентов, или что-то можно не объяснять?
Сергей Сосновский: Мне кажется, некоторые налогоплательщики считают: «Ну мы-то хорошие, у нас всё по-белому. Мы обо всём расскажем, налоговый орган с нами согласится, и будет у нас полное счастье». А кто-то наоборот входит в состояние осажденной крепости: «Никогда ничего рассказывать не буду, только по самому минимуму». Где истина? Наверно, где-то посередине.
Я думаю, нужно реагировать на любые запросы налоговых органов. В ходе камеральных проверок нужно представлять требуемые документы. Но что касается пояснений того, за что сам налогоплательщик не отвечает (то, о чем говорил Владимир: привлечение контрагентов и контрагентов контрагентов, и так далее), нужно найти какую-то разумную точку, на которой останавливаться и дальше уже не пояснять. Скажем так: делай что должно и будь что будет. Думаю, здесь «должно» – это представлять на проверку то, за что отвечаешь сам.
А какие тенденции вы сегодня наблюдаете в проверках налоговых органов? Поделитесь рекомендациями: как подготовиться к камеральной проверке?
Владимир Воинов: Углубимся немного в историю. Вот раньше у нас была выездная проверка: инспекция приезжает к налогоплательщику и смотрит его документы. Была камеральная проверка: инспекция смотрит декларацию, налогоплательщик везет документы в налоговый орган. А сейчас акцент в проверках налоговых органов немножко сместился. Большее значение приобретает даже не камеральная проверка, а так называемый предпроверочный анализ. То есть инспекция берет налоговую декларацию, но говорит: «Мы не камеральную проверку проводим, а просто просим вас предоставить информацию о той или иной сделке». Есть у них такое полномочие. С этим налогоплательщики долго боролись, говорили: «Как же так, вне рамок проверок у нас столько запрашиваете». Да, запрашивают, и с этим ничего не поделаешь. Как к этому подготовиться? Прежде всего, надо понимать, что налоговые органы сейчас обладают большим объемом информации о сделках налогоплательщиков, которые к ним поступают в рамках системы АСК НДС – автоматического контроля за уплатой налога. Но если вам на стадии предпроверочных мероприятий прислали требование предоставить информацию по конкретной сделке, значит, у налоговых органов есть обоснованное подозрение, что где-то налог неправильно заплачен то ли вами, то ли вашим контрагентом, то ли контрагентом контрагента.
Что делать? Прежде всего выбирать своих контрагентов надлежащим образом и очень аккуратно отвечать на вопросы налогового органа. Внимательно смотреть, что он запрашивает, и отвечать по запрашиваемой тематике. Обычно налоговики интересуются информацией о сотрудниках, которые совершали сделки. Сначала инспекция просит предоставить объем информации по конкретной сделке. Зачем-то запрашивает первичку: договор, счета-фактуры, хотя у них все это есть. А дальше уже начинаются вопросы: как вы нашли этого контрагента, кто с ним контактировал и так далее. И надо понимать, что у налоговых органов есть такой инструмент, как допрос свидетелей. То есть людей, взаимодействовавших с контрагентом, которого инспекция подозревает в неблагонадежности. Сотрудников, которых вы впишете в ответ, скорее всего, вызовут на допрос. Надо быть к этому готовым. Это серьезный инструмент в руках налоговых органов. При этом они умеют проводить допросы в нужном ключе – так формулируют в протоколе вопросы и ответы, что невиннейшая ситуация выглядит страшным криминалом. Бывает, что у сотрудника, уже после умело проведенного допроса, его коллеги спрашивают: «Как ты такое сказал?», а он недоумевает: «Не знаю». «Как же так? Подпись в протоколе допроса твоя?». «Моя, но я имел в виду совершенно другое». А налоговый орган как записал, так и записал, и потом эти показания очень трудно оспорить. Поэтому мы рекомендуем и при подготовке ответов на требования, и при походе в инспекцию на допросы привлекать специалистов.
Источник: CFO Russia
