Закрыть
Поиск по сайту
Закрыть

Сергей Пепеляев: "Санкции приходят и уходят, а кушать хочется всегда"

21.08.2014
14 мин.
на чтение

Российский рынок юридических услуг существует вот уже более 20 лет, и за это время серьезно изменился. Но именно сегодня некоторые события – как внешнего, так и внутреннего характера – оказывают на него значительное влияние. Поэтому интересно узнать мнение о состоянии и перспективах рынка юридических услуг от опытных юристов, стоявших у его истоков. О текущем "самочувствии" практикующих юристах и прогнозах на будущее мы побеседовали с управляющим партнером юридической компании "Пепеляев Групп" Сергеем Пепеляевым.

Сергей Геннадьевич, сложная международная обстановка уже породила некоторые спорные инициативы – в частности, партия "Справедливая Россия" анонсировала разработку законопроекта о так называемых "странах-агрессорах". В случае его принятия организации и граждане из "стран-агрессоров" не смогут оказывать юридические услуги и заниматься аудитом в нашей стране. Как Вы думаете, есть риск, что ильфы будут сильно ограничены в свободе действий или вообще будут вынуждены уйти с российского рынка?

Есть вопросы и проблемы, которые давно обсуждаются, и я думаю, что это предложение нельзя назвать "чертом из табакерки" и сказать, что оно выскочило и все сказали: "О!". Вопрос о месте и роли зарубежных консультантов стоит уже года два-три и обсуждается, в частности, в связи с государственной программой "Юстиция" и с планируемой реформой рынка юридических услуг.

Получается, что огромная страна с обоснованными претензиями на определенное место в мире, в том числе на политической арене, сама себя не обеспечивает инфраструктурой бизнеса. Я имею в виду консалтинговые, юридические услуги и т.п. В сфере консалтинга и аудита основную нишу занимает так называемая "Большая четверка" [компании PricewaterhouseCoopers International Limited, Delloite, Ernst&Young, KPMG. – Ред.], в юридических услугах огромную нишу также занимают иностранные юридические компании.

И мы можем вполне обоснованно говорить о проблемах – даже для государственной безопасности, причем по разным направлениям. В прошлом году, например, был шпионский скандал, когда среди работников одной из известнейших юридических фирм был обнаружен сотрудник ФБР. Я думаю, что, помимо этого сотрудника, есть еще и много других.

Когда иностранные компании сопровождают огромные сделки и получают доступ к такой, очень чувствительной информации, то хорошо это или нехорошо? Куда они потом докладывают о ней?

В общем, есть национальная задача развивать рынок услуг. Как любое государство, Россия тоже должна проводить какие-то протекционистские меры. Это не значит, что надо всех "к ногтю", но тем не менее нужно что-то предпринимать для развития своего рынка. Это ведь даже и с точки зрения финансов, налогов выгодно. Ведь если иностранные юридические фирмы оказывают услуги здесь, в России, это совершенно не значит, что деньги за эти услуги они получают тоже здесь, и налоги платят тоже здесь.

Если сравнивать отечественный рынок юридических услуг с западным – какой из них развивается сегодня более интенсивно?

Вы понимаете, зарубежный рынок – это весь земной шар. И можно ли вообще сравнивать зарубежный рынок юридических услуг с российским? Ведь если мы возьмем, например, США – это страна с совсем другой правовой культурой. Не то чтобы эта культура была выше или ниже нашей, это легистская система, где просто все по-другому. Поэтому сравнивать, наверно, некорректно.

В 2012 году наша страна вступила в ВТО. Это как-то отразилось на российских юристах?

Абсолютно не отразилось. Более открытого и доступного рынка, чем российский, не существует. Ведь идея ВТО – открыть рынки для зарубежных партнеров. У нас нечего открывать в юридической сфере, у нас все открыто уже 20 лет: "приходи кто хочешь, учреждай что хочешь, занимайся чем хочешь". Поэтому сказать, что мы вступили в ВТО, и к нам повалили юрфирмы, нельзя. Все, кто хотел, уже давно здесь.

ВТО как раз больше создает препятствия для возможных реформ по ограничению доступа на рынок. Здесь на самом деле можно услышать какие-то возражения со ссылками на правила ВТО.

А как Вы думаете, если будет принято решение о введении так называемой "адвокатской монополии", не возникнет ли конфликта с правилами ВТО?

Не думаю, потому что в правилах ВТО как раз есть возможности для такого ограничения доступа на рынок. Подобные ограничения существуют в любых странах. И если в России будет введено правило, которое в миру называют "адвокатской монополией", это не вызовет противоречия с правилами ВТО – ведь в конечном итоге это будет направлено на улучшение качества оказываемых юридических услуг. Статья 48 Конституции РФ гарантирует каждому квалифицированную юридическую помощь. Но как ее гарантировать, когда рынок никак не контролируется в профессиональном плане?

То есть в целом Вы одобряете идею предоставить адвокатам исключительное право на судебное представительство?

В целом, как идею – да. Но дьявол, как всегда, кроется в деталях. Главное, чтобы создание "адвокатской монополии" не привело к огосударствлению управления юридическим рынком. Чтобы Федеральная палата адвокатов не превратилась в департамент Минюста России. Я как член Федеральной палаты адвокатов знаю, что это вряд ли, конечно, произойдет при сегодняшнем руководстве и составе палаты. Но времена меняются, и люди с ними, поэтому неясно, как будут развиваться события в будущем.

Это главная опасность для юридического сообщества – и не только для сообщества, но и для страны в целом. И многие против "адвокатской монополии" именно по этой причине. Но я думаю, что подобные опасения все-таки излишни.

Качество юридических услуг тесно связано с качеством обучения студентов юридических специальностей. Подготовка юристов в вузах нередко вызывает нарекания у практикующих юристов. Ситуация меняется сегодня?

Думаю, что в традиционных юридических вузах обучение стало лучше. Я имею в виду МГУ им. М.В. Ломоносова, который я сам закончил, МГИМО МИД России, где читаю лекции, МГЮА им. О.Е. Кутафина – да и вузы, которые находятся не в Москве: Санкт-Петербургский государственный университет, Уральская юридическая академия, государственные вузы Саратова и Красноярска – это действительно очень крупные юридические центры. И слава богу, что в каких-то моментах они даже переросли столичные вузы.

Мое личное ощущение – студенты стали лучше, они больше понимают ценность образования. Многие преподаватели также стали качественно лучше, особенно те, кому удается совмещать преподавание с практической работой. Но много осталось таких, которые, знаете, почитали лекцию в вузе, побежали в коммерческий вуз – там тоже почитали, и этим зарабатывают. Я считаю, что это не очень правильно, потому что преподавание юридических дисциплин и развитие юридической науки всегда должно быть очень тесно связано с практикой. И вузам следует поощрять преподавателей-практиков.

Конечно, если говорить о куче юридических факультетов и отделений, которые есть в некоторых других вузах, то образование там часто дается крайне слабое. Оно, может быть, и дает знание законодательства, но редко когда дает знание права – так, чтобы студент был мыслителем, хорошо знал институты права, мог действительно развивать профессию, а не просто заниматься "юридической поденщиной". Вот для "поденщины", наверно, такие вузы готовят нормально – зарегистрировать компанию, "лабать" типовые договорчики и т.п.

Однако юрист – это не только образование, но и во многом воспитание. Задача любого вуза – помочь студенту мыслить юридически и рассуждать, как юрист. Это можно сделать только в таком вузе, который является "колыбелью кадров". А те вузы, которые фактически продают дипломы за деньги, выпустят, может быть, законоведа – но не правоведа с большой буквы.

Мы говорим сейчас, скорее, о магистратуре и специалитете. А бакалавра вы взяли бы на работу?

У нас работают и бакалавры. В конечном итоге, знаете, все зависит от человека. Продолжать обучение можно и самостоятельно, после вуза. Конечно, много зависит от того, в какую компанию попадешь, кто будет наставником. И если человек пытливый, с соответствующим складом ума, он сможет повысить свой уровень. Да, это займет время, да, у него могут быть какие-то пропуски в знаниях – но когда мы тестируем соискателей, которые приходят в компанию, то обращаем больше внимания на то, способен ли человек мыслить и рассуждать, чем на название вуза. Хотя вуз – это очень ценная основа успеха.

Вопрос, которого нельзя не коснуться. 6 августа окончательно вступил в силу закон о слиянии ВАС РФ и ВС РФ. Как Вы думаете, какое влияние окажет эта реформа на представителей юридической профессии с учетом того, что может измениться практика рассмотрения хозяйственных споров?

Уже столько слез пролито по этому поводу – что случилось, то случилось. Уже недолго и подождать, и мы можем по первым шагам понять, куда будет дуть ветер.

Скажем, для нас, для "Пепеляев Групп", это событие по-разному обернулось. С одной стороны, к нам пришли несколько очень замечательных сотрудников из Высшего Арбитражного Суда, в сентябре мы о них объявим. У нас появился новый партнер, одна из первейших звезд Суда, и еще, возможно, присоединятся ребята. Это, конечно, для нас позитивно.

Но мы понимаем, насколько Высший Арбитражный Суд был ценен. Во-первых, он сформировался как научная организация – дай бог, чтобы новый Верховный Суд мог этот подход повторить. Во-вторых, с точки зрения технологий, которые существовали и получили развитие в Высшем Арбитражном Суде. Насколько удобно было работать с информационными системами Суда – дай бог, чтобы в Верховном Суде это тоже подхватили и продолжили. В-третьих, с точки зрения открытости. Я имею в виду и публикации, и лекции, и возможность общения и обсуждения с судьями каких-то вопросов.

Мы проводим уже 10 лет традиционную крупную международную конференцию "Налоговое право в решениях Конституционного Суда Российской Федерации". И всегда приходили и судьи Высшего Арбитражного Суда, и сотрудники аппарата – и сидели, и слушали, и выступали. Потом смотришь, в каких-то актах Суда появляются идеи, которые были высказаны на конференции. Это очень ценный обмен. Другая конференция, которую мы проводим, – "Налоговое право в решениях арбитражных судов". То же самое наблюдали.

Конечно, хотелось бы сейчас сохранить такие же подходы и такое же общение с Верховным Судом. Высшие суды – они не для того существуют, чтобы рассматривать конкретные дела. Они существуют, чтобы направлять практику по тем вопросам, которые наиболее актуальны. А как им узнавать эти актуальные вопросы? Что вообще бизнес и научное сообщество волнует? Это можно узнать только в общении, на тех же конференциях, семинарах и т.п.

Высший Арбитражный Суд занимался и таким, можно сказать, государственным развитием. Я помню, семь или восемь лет назад он стал проводить во Владивостоке конференцию, куда съезжались судьи Азиатско-Тихоокеанского региона – из Таиланда, Китая, Японии, Вьетнама. И сейчас, когда у нас высшее руководство страны обратило внимание на это направление, понимаешь, насколько прозорлив был Высший Арбитражный Суд, когда восемь лет назад сказал: "Да, этот регион нам важен, мы должны укреплять связи с ним". Я что-то не припомню таких инициатив за Верховным Судом.

Конечно, жалко, что Высший Арбитражный Суд ликвидирован. Но у нас же многое так в России – не было бы счастья, да несчастье помогло.

Всем плохо – юристам хорошо?

Нет, я не это имею в виду. Я имею в виду, может, какой-нибудь Феникс на этом пепле возродится в Верховном Суде, не знаю
(смеется ).

Если уж мы заговорили о таких знаковых реформах и о территориальном развитии, то задам вопрос, связанный с присоединением новых субъектов. Стремятся ли российские юристы освоить новый для себя рынок юридических услуг Крыма и Севастополя сегодня и как может развиваться ситуация в будущем?

Крым и Севастополь – это два с половиной миллиона населения. Не очень богатого. Москва – это 16, а то и больше миллионов жителей. По-моему, Москва – это гораздо более симпатичный рынок, чем Крым. Но, конечно, тем юристам, которые работают там поблизости (Краснодарский край и т.п.) , сам бог велел расширить свой "ореол обитания". С другой стороны, есть же юристы, которые работали и работают в Крыму. Как они воспримут таких "варягов"? Для них возрастет конкуренция.

Я думаю, что сегодня, может быть, и будет какой-то всплеск. Да, крымские юристы не такие знатоки российского права. Но я думаю, что им ничего не мешает за короткий период времени это право освоить, тем более что разница буквально в нюансах, все мы выходцы из Советского Союза и его правовой системы. Думаю, что сейчас будет всплеск предложений в течение некоторого переходного периода, когда российские юристы могут сделать что-то лучше. Но через какое-то время, мне кажется, все успокоится и рынок стабилизируется.

Кто побеждает сегодня в давнем противостоянии консалтинга и инхауса, чему отдают предпочтение юристы?

Это не совсем подходящее слово – "противостояние", это просто совершенно разные виды деятельности. Кому-то нравится работа в инхаус, кому-то нравится работа в консалтинге. Бывают такие ребята, которые очень ярки в инхаусе, но они никогда не будут успешны в консалтинге. И наоборот. Это, знаете, от человеческой природы, от привычек зависит, от того, что тебе хочется. И та, и та работа интересна, как в старом детском стихотворении: "Намотай себе на ус – все работы хороши, выбирай на вкус".

О "соперничестве" (если только в кавычках) можно поставить вопрос. Когда, например, 20 лет назад или даже больше я начинал работу, юридические департаменты даже крупных компаний были очень маленькие и совершенно разного качества. Понятно, что у консалтинга работы было очень много, потому что сами компании не могли ее выполнять. Сейчас во многих компаниях юридические департаменты – это полноразмерные юридические фирмы внутри холдинга. Они очень много делают сами и обращаются к консалтингу только по вопросам, которые можно назвать действительно экспертными. Но мы здесь не страдаем, потому что всегда позиционировали "Пепеляев Групп" как юридическую фирму экспертного типа: у нас около 30 человек кандидатов и докторов юридических наук, все что-то пишут, изучают, специализируются в какой-то узкой сфере – но зато очень глубоко. Поэтому мы и работаем с крупными фирмами, где есть свои юридические департаменты: есть вопросы, в которых они не эксперты и просят нас проконсультировать их.

Какими были Ваши прогнозы относительно развития рынка юридических услуг 10 лет назад, и насколько полно они оправдались?

10 лет назад было "жирное" время, 2004 год: клиенты платили почасовую оплату без проблем, бизнес вырастал чуть ли не в два раза за год. Тем не менее, мы поставили себе тогда определенную планку: мы должны быть и оставаться экспертами. Надо писать, надо преподавать. Мы стали выпускать два юридических журнала: "Налоговед" и "Конкуренция и право", которые успешно выходят и сегодня.

Во-вторых, надо всегда оставаться этичными юристами – никаких взяток, никаких даже сплетен о недобросовестности. Это очень правильный подход, потому что иностранные фирмы, с развитием законодательства о борьбе с коррупцией, идут к нам – они знают, что в их странах их никто не обвинит в работе с "мутными" юристами.

И третье направление – быть национальной фирмой. Было очень много предложений – прекрасных причем! – присоединиться, продаться и т.д., но я выбрал наш путь один раз и навсегда: мы российская фирма. Думаю, что эта линия оказалась правильной, когда сейчас руководство страны начало понимать, в чем состоит национальный интерес и национальный приоритет – в том числе в развитии национального консалтингового юридического бизнеса.

Какие тенденции Вы бы наметили относительно рынка юридических услуг в целом на ближайшие пять лет?

Я думаю, что приоритетными должны остаться все эти три тенденции, о которых я уже сказал: профессионализм, соблюдение этики и – в хорошем смысле – национальность. Кстати, быть национальной фирмой – вовсе не значит быть закрытой и замкнутой. Можно при этом очень активно участвовать в международной юридической жизни, в конференциях, семинарах – и принимать участие, и самим организовывать, и публиковаться на страницах журналов.

Просто не надо быть "Иваном, не помнящим родства". Мы русские, и должны свои национальные интересы соблюдать, пусть и активно сотрудничая с другими.

Для себя мы тоже наметили несколько направлений. Во-первых, развитие сети внутри страны. Если мы поставили задачу быть национальной фирмой, то мы не можем сидеть только в Москве при такой географии. У нас шесть или семь лет работает офис в Санкт-Петербурге, а в прошлом году мы открыли офис в Красноярске.

В регионах есть много интересных проектов – та же Универсиада в Красноярске. У нас есть опыт, связанный с Олимпиадой, мы помогали писать соответствующий закон [Федеральный закон от 1 декабря 2007 г. № 310-ФЗ "Об организации и о проведении ХХII Олимпийских зимних игр и XI Паралимпийских зимних игр 2014 года в городе Сочи, развитии города Сочи как горноклиматического курорта и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации". – Ред.] и организовывать работу Олимпстроя. Сейчас у нас замечательный опыт по чемпионату мира по футболу, наш клиент – FIFA, и мы представляем FIFA во всех отношениях с правительством. Может быть, и в работе по организации Универсиады сможем помочь.

В связи с вниманием к Тихоокеанскому региону мы тоже развиваем свое присутствие в этом направлении. В этом году мы заключили договор о создании альянса с компанией "Русин и Векки", у которой уже более 20 лет офисы во Владивостоке и на Сахалине. И, возможно, альянс приведет к объединению наших компаний в недалеком будущем.

Другое направление – это также взгляд на наших дальневосточных соседей. В этом году мы, например, открыли Korean Desk, сервис по правовому сопровождению корейских инвесторов в России. Пригласили на работу корейского юриста, который получил юридическое образование как в Корее, так и в России и является российским адвокатом. Активно налаживаем сотрудничество с корейскими клиентами. Только что, например, у нас завершился гигантский проект – мы провели регистрацию российского дочернего банка Korea Exchange Bank и в июле получили лицензию Банка России.

Мы очень активно сотрудничаем в китайском направлении – и с китайскими юридическими фирмами, и с российскими государственными органами, представленными на территории Китая. Провели уже несколько мероприятий для китайских инвесторов и для россиян, желающих инвестировать в Китай. Я думаю, вот это направление будет развиваться.

Но и традиционные западные вековые контакты не должны ни в коем случае ослабевать. Орел-то у нас двуглавый. Не надо, чтобы обе головы смотрели в одну и ту же сторону.

Несмотря на санкции?

Естественно. Санкции приходят и уходят, а кушать хочется всегда, всем. Поэтому я думаю, что санкции – это такое, не очень долговременное мероприятие со стороны западных стран, и разумный подход возобладает.

 Источник


Возврат к списку

Для получения доступа к Обзорам судебной практики по налоговым спорам необходимо оформить подписку.

Год

30000 рублей + НДС

Подписаться
Я уже подписчик

Необходимо авторизоваться чтобы получить доступ

Авторизоваться

По вопросам подписки обращайтесь, пожалуйста, к Маргарите Завязочниковой
E-mail: m.zavyazochnikova@pgplaw.ru
Nел. +7 (495) 767 00 07

18.10.2021
Конституционный Суд РФ принял жалобу, подготовленную специалистами «Пепеляев Гру...
01.10.2021
Константин Шарловский принял участие в Партнеринге «Лекарства России – к междисц...
17.09.2021
Юристы «Пепеляев Групп» успешно защитили интересы пациентки в суде по делу, связ...
26.08.2021
Александр Кузнецов – автор монографии «Реорганизация хозяйственных обществ: граж...
19.08.2021
«Пепеляев Групп» усиливает судебную практику в сфере корпоративных споров
28.07.2021
«Пепеляев Групп» усиливает свои позиции в области энергетики
28.07.2021
Рекомендации от ФПА РФ: как обезопасить себя от действий мошенников, прикрывающи...
18.06.2021
Прецедентный проект «Пепеляев Групп»: Верховный Суд впервые рассмотрел дело о во...

Вход | Регистрация

E-mail

Click here to subscribe our English newsletters