Загрузка...

Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана. Контрабанде вход разрешен?

05.07.2011
34 мин.
на чтение
Прочитать позже

МУРАВЬЕВ: 18 часов 14 минут в столице России. Проект "Своими словами" в прямом эфире на частоте 99,6 MHz. Продолжает столица плавиться под лучами июньского солнца. Июльского уже солнца?

МЕТЛИНА: Да, да.

МУРАВЬЕВ: Уже июль. Ждали-ждали – и вот пришло. Ну и, конечно же, вы ждали нас – мы тоже пришли. Проект "Своими словами", я – Вадим Муравьев, добрый вечер. И моя коллега – Наталия Метлина.

МЕТЛИНА: Добрый вечер, дамы и господа. На самом деле, та жара, которую мы сегодня наблюдаем в столице и, конечно же, в других регионах, в которых вы можете слышать "Финам FM", пользуясь нашим сайтом – finam.fm. И также можно послушать нас даже по телефону: если позвонить и долго-долго слушать, то можно наверняка что-то услышать по телефону 65-10-996, по крайней мере, свой голос – так это точно, потому что мы обязательно вас включим в прямой эфир. Но вот эта жара, которую мы сейчас активно наблюдаем на всей территории – мне кажется, что самые жаркие точки сейчас на границе России, Белоруссии и Казахстана.

МУРАВЬЕВ: На самом деле…

МЕТЛИНА: Именно этим точкам и будет посвящен наш сегодняшний эфир.

МУРАВЬЕВ: Итак: "Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана. Контрабанде вход разрешен?" – таким вопросом мы задались.

МЕТЛИНА: Таким вопросом, да.

МУРАВЬЕВ: Дело в том, что с 1 июля, с сегодняшнего дня наступает новый этап формирования единого экономического пространства России, Белоруссии и Казахстана. И таможенные органы прекращают осуществление функций таможенного контроля.

Вначале я предлагаю послушать интервью, которое записали наши коллеги из службы информации радиостанции "Финам FM", с Викторией Абрамовой, она – сотрудница пресс-службы Федеральной таможенной службы. Она сразу даст кое-какие пояснения, а дальше будем разбираться: что же произошло и чем это грозит всем нам и чудесному союзу.

МЕТЛИНА: Да.

АБРАМОВА: На российско-казахстанском участке границы таможенные органы прекращают совершение таможенных операций и всех функций по таможенному контролю. На российско-белорусской границе в пунктах принятия уведомлений прекращается осуществление оставшихся до последнего времени отдельных операций по контролю и транзиту.

Для простых граждан

Таможенный союз – это, прежде всего, открытые внутренние границы: возможность свободного перемещения внутри союза без прохождения таможенного оформления и контроля. Физические лица, так же, как и участники ВЭД, будут платить таможенную пошлину только при пересечении внешней границы.

Теперь без уплаты таможенных пошлин, налогов, физические лица могут ввозить в сопровождаемом и несопровождаемом багаже товары, общей стоимостью не более 1500 евро, в эквиваленте общим весом не более 50 килограмм. Также без декларирования можно провезти наличные деньги на сумму до 10 тысяч долларов в эквиваленте. В едином экономическом пространстве обеспечится свободное движение товаров, услуг, капитала и трудовых ресурсов.

МУРАВЬЕВ: Это была сотрудница пресс-службы Федеральной таможенной службы – Виктория Абрамова.

На самом деле, что касается простых граждан, которые могут спокойно пересекать границы – это, конечно, все хорошо. Но нас сегодня, на самом деле, волнует другой вопрос: дело в том, что через эти границы поедут товары, которые облагаются таможенными пошлинами. И Белоруссия, на самом деле, например, славится очень лихо тем, что через границы этой страны в нашу страну попадают, например, автомобили из стран Европы, вообще-то. А Казахстан граничит со странами, из которых к нам попадают наркотики, например.

МЕТЛИНА: Да.

МУРАВЬЕВ: И нас интересует масса вопросов. Например, каким образом будут делить деньги, потому что до этого, пересекая границу…

МЕТЛИНА: За наркотики?

МУРАВЬЕВ: За наркотики-то понятно, там в граммах все, понимаешь, нужно вешать. А вот, например, въезжал раньше в Россию автомобиль, и с него владелец платил таможенную пошлину.

МЕТЛИНА: Да.

МУРАВЬЕВ: Достаточно немалую. И эти деньги шли в бюджет России.

МЕТЛИНА: Да.

МУРАВЬЕВ: А теперь, если эти деньги заберут белорусы, к нам они как попадут? Дело в том, что у нас ведь и валюты даже разные.

МЕТЛИНА: Ну, давайте мы будем поэтапно разбираться. Значит, давайте вернемся в 2007 год. Договор о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза трех стран был подписан как раз в октябре 2007 года. Затем государства – следующий этап – разработали общий Таможенный Кодекс. После его ратификации Таможенный Кодекс Таможенного союза стал действовать с 1 июля 2010 года в России и в Казахстане. А с 6 июля 2010-го к ним присоединилась Белоруссия.

На самом деле, было очень много спорных вопросов. До последнего момента одним из спорных вопросов при снятии таможенного контроля было несовпадение ставок ввозных пошлин по 406 позициям между Российской Федерацией и Казахстаном, которые в Казахстане были, например, существенно ниже. Вот в начале недели этой Россия согласовала предложение Казахстана. И вот начальник аналитического управления ФТС – Владимир Ивин – пояснил, что по 321 позиции Казахстан принял решение повысить импортные пошлины до уровня российского.

МУРАВЬЕВ: По 85-ти, половина из которых – это лекарственные средства, было принято решение контролировать администрирование пошлин при сертификации данных товаров.

МЕТЛИНА: Вот смотрите, значит, соответственно, спорная позиция до сих пор – это импорт железнодорожного подвижного состава, там администрирование пошлин будет контролироваться при постановке этой техники на учет. Что еще нас…

МУРАВЬЕВ: В отношении импорта промышленных теплиц, фольги, полимеров Казахстан планирует ввести институт специальных импортеров и квотировать ввоз данных товаров на территорию страны.

МЕТЛИНА: Вот смотрите, власти Казахстана дали гарантию, прежде всего, российской и белорусской стороне, что товары, импортируемые ими по более низким пошлинам, не будут поступать в Россию после отмены таможенного контроля на внутренних границах. Но мы, журналисты, знаем массу случаев, в частности я сейчас занимаюсь расследованием ювелирным, когда товары ввозились, скажем, из Саудовской Аравии, из Турции через Казахстан, через Киргизию, попадали в Россию, минуя таможню и так далее. Мне кажется, что с отменой таможенных пошлин ситуация резко усугубится – как бы говорил Михаил Сергеевич Горбачев.

МУРАВЬЕВ: Более того, Казахстан, конечно, обещает, что товары, которые въехали в Казахстан по более низким пошлинам, соответственно, они стоят дешевле, чем в России (о чем и идет речь), не попадут на территорию России. Но если на то пошло, то, в общем-то, как в России, так и в Казахстане, так и в Белоруссии те самые наркотики вообще запрещены.

МЕТЛИНА: Да.

МУРАВЬЕВ: При этом купить их нет никаких проблем ни в одной из этих стран, вообще-то.

МЕТЛИНА: Тем не менее, давай сейчас пока по промышленным товарам. Я надеюсь, что мы все-таки получим некоторые разъяснения от нашего первого гостя.

МУРАВЬЕВ: Олег Савченко к нам присоединяется, член комитета Госдумы по промышленности, руководитель парламентской группы по сотрудничеству с Казахстаном. Олег Владимирович, добрый вечер.

САВЧЕНКО: Добрый вечер.

МЕТЛИНА: Олег Владимирович, добрый вечер, спасибо огромное, что вы к нам присоединились.

САВЧЕНКО: Вам спасибо за такую интересную тему.

МУРАВЬЕВ: Что сегодня произошло в наших взаимоотношениях с дружественным Казахстаном?

МЕТЛИНА: И с Белоруссией в том числе.

САВЧЕНКО: Я считаю, что произошло, с нашей точки зрения если смотреть, расширение экономических интересов России. Я только так могу рассматривать вступление в законную силу того, что мы планировали – союз Казахстана, России и Белоруссии.

И вот тот скепсис, и те аргументы, которые выдвигают, в том числе, и оппоненты, и вы, как журналисты, вправе так ставить вопрос, о том, что вчера буквально подпольно как-то попадали к нам товары, нелегально, в том числе и ювелирные украшения, которые вы привели в пример, я могу сказать следующее: сегодня мы вполне официально можем предъявлять Казахстану, например, за такие "серые", мягко говоря, схемы, а может быть, даже и "черные", и, соответственно, сотрудничать, для того чтобы такие случаи были исключением. Они должны вообще уйти в прошлое.

В прошлые непонятные годы, непонятное присутствие границы, отсутствие границы, налоги, система налогообложения, таможенные тарифы – у нас все это было, если честно, в непонятном состоянии. Сейчас у нас есть подписанное соглашение,

сейчас у нас есть четко определенные правила. И сотрудничество с Казахстаном, я считаю, и с Белоруссией прибавит не только России в экономическом плане, но и в политическом, в первую очередь.

МУРАВЬЕВ: Олег Владимирович, а как это будет выглядеть? Смотрите, вот я – гражданин России, у меня есть красная книжица, называется паспорт. Я еду в Германию, в чудный город Мюнхен, покупаю автомобиль известной марки. Через границу, через Польшу и Белоруссию я въезжаю на территорию этого единого экономического пространства. Я, соответственно, таможенную пошлину плачу в Белоруссии, правильно? На границе Польши и Белоруссии?

САВЧЕНКО: Да.

МУРАВЬЕВ: А России это каким образом?.. Белорусы должны будут что-то нам сюда вернуть, кусочек в наш бюджет? Или как?

САВЧЕНКО: Я не думаю, что так. Потому что как физическое лицо при регистрации автомобиля я буду платить, учитывая то, где будет эксплуатироваться автомобиль, и где он будет ставиться на учет – там будут платиться и основные платежи, а не таможенная пошлина.

Таможенная пошлина у нас платится, как вы, наверное, знаете, не по факту пересечения границы. У нас много границ можно пересекать и все время платить таможенную пошлину. А по факту того, для какой страны предназначен тот или иной товар. Если я – физическое лицо, везу его для России, хочу его использовать в России, я, в принципе, могу растаможить и на белорусской границе, но буду ездить на белорусских номерах – со всеми последствиями. Я не помню, там административные меры есть какие-то и ограниченное время по проезду на чужих номерах, ну, не чужих, естественно, а на номерах другой страны, государства. Насколько я знаю.

МЕТЛИНА: Олег Владимирович, давайте, так сказать, схему простую. Получается так, что на территории Казахстана есть завод, который производит товар "Н". Не знаю, какие-то там подшипники.

САВЧЕНКО: Ну, не важно, да, есть такие заводы.

МЕТЛИНА: В которых остро нуждается какое-то российское производство.

САВЧЕНКО: Да.

МЕТЛИНА: Теперь эти товары – подшипники назовем их – будут беспошлинно ввозиться на территорию России. И все о’кей – соответственно, и цена будет ниже, и всем будет от этого здорово. Правильно?

САВЧЕНКО: Да. Но также я хочу сказать и встречно: сегодня Россия может спокойно поставлять товар в Казахстан. Другое дело, в Казахстане не такой потребительский спрос, как у нас. Естественно, Казахстан в более выигрышном положении. Но если, еще раз хочу подчеркнуть, поставить экономические и политические моменты, то я считаю…

И плюс еще – у нас есть, вы забываете, за скобками держите, что в отношении Белоруссии, что Казахстана, есть еще такое понятие, как безопасность государства. Я считаю, что мы, расширяя границы, тем самым никакими экономическими потерями… Потому что я присутствовал на многих совещаниях, которые проходили, непростые были совещания, когда согласовывали таможенные пошлины товаров и услуг, поверьте мне.

МЕТЛИНА: Да, я представляю.

САВЧЕНКО: Там очень сложно было, потому что любая отрасль, любой, так скажем, крупный бизнес говорил о своих потерях или о том, что кто-то зарабатывает другой. Мы же любим считать чужие деньги. Но я считаю, что мудрость руководства нашей страны заключается как раз в том, что мы пошли – мы, в первую очередь, конечно,

учитывая, что Россия представляет собой очень большой рынок, развивающийся, перспективный, – мы, естественно, пошли, в большей степени, на уступки. Но я считаю, что мы компенсировали двумя этими понятиями: политика и безопасность, которые несоразмерны.

МЕТЛИНА: Олег Владимирович, вот давайте вернемся к нашим подшипникам из Казахстана, да, грубо говоря.

САВЧЕНКО: Давайте.

МЕТЛИНА: С одной стороны, я могу быть уверена, что эти подшипники производятся на казахском заводе, руками казахских налогоплательщиков, и по некоторой цене они к нам поступают.

САВЧЕНКО: Да.

МЕТЛИНА: Но где гарантия, и таких случаев в моей журналистской практике было масса, когда товар, например, китайского производства, поступал в Казахстан, не важно, подшипники, ювелирные изделия, из Китая, например, из Саудовской Аравии, там маркировался под казахскую промышленность и беспошлинно ввозился на территорию Российской Федерации. Вот такая схема – как от нее уберечься?

САВЧЕНКО: А я вам сейчас расскажу, прошу прощения. Мы, к сожалению, живем в такое время, в какое живем, и живем в такой стране, в какой живем. Понимаете, да?

МЕТЛИНА: Да.

САВЧЕНКО: Мы еще далеки от совершенства. Поэтому эволюция у нас идет во всем: в том числе – в законодательстве, в том числе – в совершенствовании (Дефект звука.) чтобы пример такой не повторялся. И вообще исключить его из практики. Я могу сказать больше, что у нас сейчас самый большой, самый крупный поставщик подшипников на территорию Российской Федерации – Люксембург, который в жизни никогда не производил подшипники.

МЕТЛИНА: Так.

САВЧЕНКО: Поэтому Казахстан здесь не причем. Казахстанский завод не причем. Наоборот, это хорошо, что казахстанский завод сегодня входит в зону интересов России: в любой момент можно проверить качество, и, соответственно…

МЕТЛИНА: Происхождение, да.

САВЧЕНКО: …Производится или не производится. Я могу сказать, что многие наши предприятия этим грешат. Понимаете, да?

МЕТЛИНА: Конечно.

САВЧЕНКО: Когда ввозятся комплектующие и выдается за то, что сделано в России. Так вот, возвращаясь к этой теме. Считаю, что таким образом мы как раз уменьшили такую вероятность, потому что сегодня вполне официально мы можем предъявить Казахстану по тому или иному виду товаров (Минэкономразвития в любой момент подключится к этому расследованию) претензии к тому, что данный вид товара фактически не произведен на территории Казахстана. И, соответственно, не должен попадать в категорию товаров, произведенных в Казахстане, которые могут поставляться в Россию беспошлинно.

Соответственно, мы сейчас, расширяя границы, вы знаете, практически убираем сейчас границы Казахстана и Белоруссии, мы, соответственно, вводим…

У нас пока режим сотрудничества, а потом будет режим партнерства, я уверен, на всем общем трех стран экономическом пространстве, который позволит в будущем эти случаи, опять же, исключить.

Пойдем по тому же пути, о котором я начал…

МУРАВЬЕВ: Каким образом это будет происходить, если, насколько я понимаю, таможенные посты исчезнут? Вот едет себе грузовик из Казахстана в Россию – ну и едет. А что там, в этом грузовике? Кто это должен проверять? Сотрудник ДПС должен проверять маркировку подшипников? Или кто?

САВЧЕНКО: Давайте посмотрим, что было и что есть. Раньше, буквально вчера, то же самое можно было сделать (например, те же подшипники) точно так же: привезли комплектующие, два колечка, ролики или шарики в Казахстан, сварганили, слепили – непонятного качества. Проклеймили, естественно. Ничем неподтвержденные – это опасность, любой подшипник – это опасность, в любом механизме. Понимаете, самолет это, машина…

МЕТЛИНА: Ну, не важно, условный подшипник, да.

САВЧЕНКО: Ну, не важно, любой товар – он имеет угрозу для человека.

МЕТЛИНА: Например, да.

САВЧЕНКО: Поэтому опасность для российского потребителя в чем? В том, что он так же, пересекая границу России с Казахстаном, мог так же, как я привел сейчас пример с Люксембургом, так же спокойно попасть на территорию Российской Федерации. И никто бы этого не заметил. Там стояло бы клеймо: "Произведено в Казахстане". И мы, к сожалению, никак не влияли на ситуацию, которая существует в Казахстане. Так же, как мы сейчас не влияем на ситуацию, которая существует в Люксембурге.

Я уверен, по другим видам товаров – то же самое. Теми или иными способами обходят и таможенные пошлины, и таможенные, так скажем, запреты и по поводу качества, и по поводу страны происхождения.

Это было вчера. А сегодня мы говорим о том, что эта зона наших интересов и сотрудничества с Казахстаном позволит нам сегодня вмешиваться в эту ситуацию и проверить, насколько этот товар произведен в Казахстане, или все-таки он сделан, в основном, в Китае, а в Казахстане формально оформлен документами. И после подтверждения такого факта мы можем спокойно предъявить казахстанской стороне, которая должна как-то повлиять на эту ситуацию. Или закрыть это производство, исключить такую практику, или, соответственно, выставить свои или законы, или свой регламент на таможне Казахстана с той или иной страной, для того чтобы исключить такую практику попадания таких комплектующих для того, чтобы поучаствовать в жульнических или мошеннических схемах. Вот, наверное, так я попробую ответить.

МЕТЛИНА: Олег Владимирович, вот смотрите раз уж вы все-таки у нас курируете промышленность в Госдуме, вот такой простой вам вопрос. Я, опять же, бьюсь за интересы отечественного производителя.

САВЧЕНКО: Я тоже.

МЕТЛИНА: Не случится ли так, не сложится ли у нас ситуация как в ВТО: вот вы не торгуете семечками, а мы не даем в долг? О чем я говорю, один пример. В Москве есть торговый дом какой-то условный, который занимается продажей белорусской мебели, мебели, произведенной в Белоруссии, прекрасного качества, все замечательно. Полочка "Н" стоит здесь 10 тысяч. Если вы позвоните, а предприятие крупное, имеющее огромное количество торговых точек, в том числе на территории Белоруссии, если вы позвоните в любой белорусский магазин и узнаете, сколько там будет стоить эта полочка, которая у нас здесь стоит 10 тысяч – там она будет стоить 4500. Я вам просто говорю конкретный пример.

МУРАВЬЕВ: Из личного опыта Метлиной.

МЕТЛИНА: Из личного опыта Метлиной, да.

МУРАВЬЕВ: Могу вам подтвердить.

САВЧЕНКО: Хорошо, да.

МЕТЛИНА: Олег Владимирович, вот смотрите, если мы сейчас снимаем вот эти таможенные пошлины, то окажется, что эта полочка "Н", привезенная сюда, в Россию, будет стоить уже, получается, не 10 тысяч, а где-то, наверное, 7000, примерно так, явно цены упадут на товары казахского и белорусского производства. А не получится ли так, что наши производители, которые заведомо находятся в более сложных, в том числе налоговых условиях…

САВЧЕНКО: Почему?

МЕТЛИНА: Потому что у нас 34% единый социальный налог и так далее, бла-бла-бла, большая аренда и так далее.

САВЧЕНКО: Согласен, да. Взятки, коррупция, да.

МЕТЛИНА: Мы не загубим таким образом… Коррупция, да, сами понимаете. Мы свою промышленность-то не загубим таким образом? Если к нам будут попадать очень хорошего качества белорусские молочные продукты, да еще беспошлинно, из Казахстана – еще что-нибудь, не знаю, шерсть верблюда, трали-вали, нефть…

МУРАВЬЕВ: И возможна другая, обратная ситуация: что в Белоруссии и в Казахстане, где на самом деле уровень цен и уровень жизни ниже, на самом деле, чем в России, там пойдут цены вверх? А уж учитывая ситуацию в Белоруссии, не погубим ли мы дружественный нам всем сердцем белорусский народ?

МЕТЛИНА: Да.

САВЧЕНКО: Я считаю…

МЕТЛИНА: Прежде всего, я за отечественную промышленность бьюсь.

МУРАВЬЕВ: А я – за дружбу народов.

САВЧЕНКО: Смотрите, значит, мы смотрим, первое, ну, по значимости. Я считаю, что в любом случае конкуренция нашей промышленности, всем причем отраслям, включая и молочную, только поможет, если это – честная конкуренция.

Тот пример, который вы сказали, я согласен, в отношении Казахстана я не могу сказать, что там какие-то преференции есть: там, может быть, по некоторым позициям более жесткие условия, чем в России, поверьте мне. Там с коррупцией, по крайней мере, пожестче, и там справились, глобальной такой проблемы нет сегодня – это я могу вам по факту сказать.

Белоруссии сложнее в том, что она в более выгодной ситуации, там существует административная система управления экономикой – со всеми вытекающими последствиями. Как то неуплата налогов или директивные поставки товаров туда или сюда, зачет налогов. Там все это существует, это уже что называется атавизм, который мы прошли на своем жизненном пути становления нашей российской экономики. Я с этим согласен. Но вот в отношении Белоруссии, вот насколько я... Я участник, я достаточно активный участник всех круглых столов...

МЕТЛИНА: СНГ, да.

САВЧЕНКО: ...Отраслей. Могу сказать следующее, что постоянно жалуются и постоянно проводятся какие-то те или иные действия, связанные с демпингом, с демпингом белорусских товаров. Но по факту оказывается, когда разбирается Минэкономразвития, у него раньше были такие функции, а сейчас у Минпрома, по факту оказывается, что демпинга как такового нет, что сегодня в Белоруссии существует, все-таки существует по факту конкурентоспособный товар, который они выпускают.

Если брать автомобили, то там есть вмешательство государство и льготы, которые предоставляет государство крупным предприятиям. Вот мелким, средним предприятиям, включая молокозаводы, нужно, я считаю, что нужно конкурировать по качеству и по соотношению цена-качество.

МЕТЛИНА: Цена-качество. Олег Владимирович...

САВЧЕНКО: Я считаю, что наши потребители, если мы за своих отечественных производителей бьемся, я считаю, что в первую очередь выиграет потребитель, потому что мы бьемся за наше государство, за нашу страну. И те схемы, которые сегодня используют наши производители молочной продукции, я не буду, конечно, голословно обо всех говорить, но большинство поддались соблазну, когда, вы знаете, мы используем...

МЕТЛИНА: Кокосовое масло и камедь, камедь.

САВЧЕНКО: ...Но вот я считаю, что мы от этого только выиграем.

Если появится конкуренция у нас с другими государствами, где более, так скажем, нормальные производители, которые все-таки борются за качество своей продукции, я считаю, что выиграет страна наша.

МЕТЛИНА: Олег Владимирович...

МУРАВЬЕВ: Вот Николай на сайте finam.fm нас возвращает к вопросу все-таки, как власти разных государств... Я подчеркиваю, что Россия, Казахстан и Белоруссия – это разные государства. Будут делить те деньги, которые получены от сбора таможенных пошлин. Вот Николай пишет следующее: "С одной стороны, таможенный союз это хорошо. Особенно для более развитой экономики, то есть для нас. Но меня смущает, что поднимут налоги. Как компенсируют наши власти и их власти этот огромный убыток в казну?"

МЕТЛИНА: Ведь таможенные пошлины это, в общем, большой кусочек пирога в наш бюджет. Что мы, чем мы заменим вот эту вот, вот эти огромные суммы, которые мы раньше получали, в том числе от товаров...

МУРАВЬЕВ: Что с ними будет делать Белоруссия?

МЕТЛИНА: Да, да.

САВЧЕНКО: Вы знаете... Это вопрос звучит?

МЕТЛИНА: Да, конечно. Вот вам вопрос от Николая.

САВЧЕНКО: Я считаю, что никто не потеряет, мы только выиграем. Потому что еще раз хочу подчеркнуть, что так устроено, вернее, так подписано соглашение, что те товары, которые должны и предназначены для использования на территории Российской Федерации, Российская Федерация будет получать и все платежи, включая таможенный. Поэтому Белоруссия может выиграть только от того, и Казахстан, что увеличивается рынок потребления. Их локальные рынки – белорусский и Казахстана, которые были ограничены небольшими таможенными пошлинами, в основном, увеличивается в лице России, это огромный рынок. Плюс еще у нас потребительский спрос высокий и перспектива есть очень хорошая.

Исходя из этого, вот то, чем мы жертвуем, так скажем, то, чем жертвует Россия. Но в то же время, еще раз хочу подчеркнуть, мы расширяем свое экономическое и политическое, и военное...

МЕТЛИНА: Влияние в этом регионе. Спасибо, спасибо.

МУРАВЬЕВ: Олег Савченко, член комитета Госдумы по промышленности, руководитель парламентской группы по сотрудничеству с Казахстаном.

И вот относительно расширения политического и прочего влияния, вот пишет на сайт finam.fm Валерий: "Это похоже на расширение "большой фирмы" нашей власти. Осталось скупить все крупные предприятия в Белоруссии и Казахстане, и по факту они будут наши автономные округа. Ура, воссоединение началось", – пишет Валерий.

МЕТЛИНА: Ну, вот такая точка зрения. А что вы думаете?

МУРАВЬЕВ: 65-10-996. Ваши соображения относительно того, что изменится в нашей жизни после того, как таможня дала не только добро, а просто свернула свои посты между...

МЕТЛИНА: Ты представляешь, а вот представляешь, куда пойдет работать вот эта вот масса честных, неподкупных людей...

МУРАВЬЕВ: Они пакуют чемоданы сейчас. Тем более что на вопрос о том, что будет происходить на самой границе, останутся ли какие-то видимые признаки белорусско-российской, например, границы... Так вот, господин Белянинов, это руководитель Федеральной таможенной службы, говорит, что на белорусской границе шлагбаумы будут полностью сняты, там вообще не останется никаких признаков государственной границы.

То есть тут ты в ларьке купил бутылку пива себе за 30 рублей, переехал, а там уже "зайцы", и вообще не понимаешь, что случилось. Пейте пиво дома и никуда не ходите!

МЕТЛИНА: Зато мы знаем, что у нас происходит – у нас реклама на "Финам FM", а затем мы продолжим разговор на тему: "Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана. Контрабанде вход разрешен?"

МУРАВЬЕВ: 18 часов 39 почти минут в российской столице. Проект "Своими словами" в прямом эфире на частоте 99,6 MHz. В студии Наталия Метлина, чешет глаз почему-то, и я, Вадим Муравьев. Добрый вечер еще раз говорим всем, кто к нам только что присоединился. "Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана. Контрабанде вход разрешен?" – таким вопросом мы сегодня задались. Дело в том, что как раз вот с сегодняшнего числа, с 1 июля 2011 года наступил новый этап формирования единого экономического пространства трех стран.

МЕТЛИНА: Мы на самом деле в первой части нашей...

МУРАВЬЕВ: И мне нравится, ты знаешь, новый период, и вот... Ну, просто в нашей стране, ну, вообще в нашей жизни формулировки "таможенные органы прекращают осуществление функций"... Ох, все! За сердце, батюшки, батюшки, все.

МЕТЛИНА: Ну, на самом деле мы в первой части уже обсудили вопрос, пострадает или не пострадает отечественный производитель в связи с тем, что на наш рынок хлынут, так сказать, и иного, ну может быть другого, может быть более высокого, а может быть не очень высокого качества товары из Казахстана и Белоруссии. Ну, выяснилось, что в конкуренции рождается истина. Ну, на самом деле мы закончили наш разговор, собственно, на отметке реальной ликвидации 36, я подчеркиваю, таможенных постов. И на самом деле 3,5 тысячи человек уходит, и уходит непонятно куда, с трудоустройством проблемы. Тем более, если мы говорим о тех людях, которые работают вот, так сказать, вот в этих регионах, понятно, что, так сказать, развернуться мало где есть.

МУРАВЬЕВ: Но, с другой стороны, с другой стороны, таким образом, по идее, должны быть осчастливлены 145 миллионов населения нашей страны и еще миллионы в Казахстане и Белоруссии.

МЕТЛИНА: Почему?

МУРАВЬЕВ: Ну, потому что товары будут дешевые и, видишь, конкуренция их сделает... Но, с другой стороны, мы вспоминаем конкуренцию, которая была на территории нашей необъятной родины, например, то, что касается авиаперевозок, например, конкурентного преимущества. Когда у нас летает один самолет из точки А в точку Б и делает, что хочет, в принципе. Хочет – летает, хочет – не летает, и стоит столько, сколько хочет. То же самое касается мобильной связи и прочих, и прочих товаров и услуг. Какая конкуренция? У нас ее здесь не было, а теперь почему-то должна появиться?

Мне кажется, что наши бонзы от бизнеса такого, государственно-частного, они просто могут подзадавить кое-кого. А в Белоруссии там у них один бизнесмен самый главный, с ним сражаться сложно, а остальных, в общем, можно и подмести.

МЕТЛИНА: К нам присоединяется Галина Баландина, партнер юридической компании "Пепеляев Групп", руководитель практики по таможенному праву и внешнеторговому регулированию. Галина, добрый вечер.

БАЛАНДИНА: Добрый вечер.

МЕТЛИНА: Галина, не буду перечислять всех ваших регалий, в том числе и не буду оглашать тот факт, что вы генерал-майор таможенной службы в отставке.

МУРАВЬЕВ: И более того – заслуженный юрист Российской Федерации.

МЕТЛИНА: Да. Галина, скажите, пожалуйста, вот как вы оцениваете то, что, собственно, произошло вчера? 36 постов таможенных...

МУРАВЬЕВ: И как нам это оценивать, учитывая, что мы не генерал-майоры таможенной службы?

БАЛАНДИНА: Спасибо огромное. На самом деле не вчера, а сегодня в ночь, в ноль часов 36 постов было снято. И я оцениваю это как...

МУРАВЬЕВ: Представляю себе эту картину! Стоят грузовики на границе, оформляют кучу документов, вдруг таможенник приходит, бросает эти бумажки, говорит: "Так, все, занимайтесь сами", и уходит. И все открывает.

МЕТЛИНА: Да, да, да, примерно так. Так, ну?

БАЛАНДИНА: Я считаю, что на самом деле это очень положительный шаг, и объясню, почему. Здесь огромное количество разных обстоятельств, которые нужно учитывать. Первое – это, собственно, сам проект Таможенный союз. План его построения был утвержден президентами трех государств еще в 2007 году. И то, что произошло сегодня, это в точном соответствии с планом. То есть, 1 июля 2011 года это построение действительно полноценной единой таможенной территории, таможенного союза. Что было бы, если бы этого не было? Я считаю, что...

МЕТЛИНА: Галина, простите, давайте поясним. Сегодня, получается так, что товар, который перемещается из Липецкой области в Ивановскую... То есть теперь вот его перемещение абсолютно аналогично тому, как будут перемещаться товары из Казахстана в Россию, и из Белоруссии в Россию, ну и, соответственно, обратно. Правильно?

БАЛАНДИНА: Это идеал. Не думаю, что сразу это все так будет, там есть проблемы, связанные с косвенным налогообложением, потому что при вывозе в Казахстан нужно уплатить НДС там, подтвердить его уплату здесь и добиться применения нулевой ставки. Там есть определенные сложности и не так все просто, но потихонечку это все налаживается.

Кроме этого, как предусматривает наш договор о единой таможенной территории,

Таможенный союз также дает возможность свободного, беспрепятственного перемещения товаров не только отечественного происхождения, вернее трех отечественных происхождений, но также и импортных товаров, которые выпущены в свободное обращение на одной из территорий трех государств, входящих в Таможенный союз.

МЕТЛИНА: Поясните!

БАЛАНДИНА: Это значит, что, если, извините за сленг, растаможка или очистка, если выражаться казахстанским правовым языком, правовой терминологией в таможенном деле, произошла на территории одного из государств, например, в Белоруссии или в Казахстане, то дальше товар может беспрепятственно, то есть без какого-то контроля со стороны таможенных органов, быть ввезен в Россию и использован здесь.

МУРАВЬЕВ: И продан, например.

БАЛАНДИНА: Ну, естественно. Или продан, или сдан в аренду, или подарен, или как угодно.

МЕТЛИНА: Галина, получается так, что... Извините, я просто хочу потоптаться на этой всей истории. Вот смотрите, везем мы из Германии свинину, она пересекает границу с Белоруссией. Там вот эти свинарики платят таможенную пошлину кому?

МУРАВЬЕВ: Ну, скажем, в размере 100 рублей за все.

МЕТЛИНА: За все про все 100 рублей. Кому, Белоруссии?

БАЛАНДИНА: Таможенные пошлины у нас поступают в единый бюджет. Вернее, там несколько сложнее идет ситуация, но у нас есть соглашение о порядке распределения сумм ввозных таможенных пошлин, где зафиксированы проценты от общего поступления этих сумм при растаможке на территории всех трех государств, рассчитанные на основе внешнеторгового товарооборота.

МЕТЛИНА: Галина, вот мы свининку везем через белорусскую границу, но мы везем ее в Россию. Мы с тонны платим 100 рублей в общий, как вы сказали, котел. Ну, потом, как это распределится и так далее. Но раньше нам нужно было что? Вот если раньше мы ввозили ее через Белоруссию, вот по Минскому шоссе мы ехали, по Минской трассе, мы что, в Белоруссии заплатили и в России заплатили, или раньше мы платили только в России, в Смоленске, а сейчас мы должны это платить вот там вот на границе...

МУРАВЬЕВ: В Белоруссии, а дальше Россия свое вынет.

МЕТЛИНА: А дальше Россия свое вынет.

БАЛАНДИНА: Не совсем так. На самом деле вот то, о чем вы сейчас сказали, скорее всего, будет применяться еще какое-то время. Почему? Потому что Таможенный кодекс Таможенного союза предусматривает так называемый принцип резидентства. То есть вы, не являясь коммерческой организацией, созданной в республике Беларусь, не можете произвести там таможенное оформление. Это ограничение пока еще действует, но я думаю, что с 1 января 2012 года, когда мы придем к новой ступени интеграции и будут подписаны соответствующие соглашения, оно может исчезнуть.

МЕТЛИНА: Смотрите, Галина, подождите, давайте...

БАЛАНДИНА: Извините, я не договорила. Вопрос не в том, где будет происходить первоначальная растаможка. В конце концов, если задаться целью их оформить в Белоруссии, несложно в Белоруссии создать коммерческую компанию, это занимает недолгое время и стоит небольших денег. Вопрос в том, что вот этот вот вторичный оборот, он может быть уже...

Вот у вас есть единый дистрибуторский центр на Урале, вам так удобно, и вы поставляете оттуда товары и в Казахстан, и в Беларусь, и в Россию, там, где есть потребитель. Вот смысл в этом, что не удобство для того, что сейчас вы выбираете место, где оформить товар. Вот это вот ограничение по принципу резидентства, и вот это вот ограничение, вызванное не до конца проработанной процедурой возмещения налога на добавленную стоимость, оно препятствует этому на самом деле. Но у вас есть беспрепятственное перемещение, если вы занимаетесь распространением товаров на территории всего таможенного союза. Ну, условно говоря, вам не нужно держать склады на территории трех республик, на территории трех государств, вы можете рассчитывать на то, что раз... И с риском того, что вы будете сталкиваться с таможенным оформлением еще раз, если вы будете перемещать товары из России в Белоруссию и из России в Казахстан.

МЕТЛИНА: Галина, понятно. Извините, я опять к холестерину своему вернусь. Значит, вот сейчас свинина, ввезенная из Германии, она будет в такую же цену здесь в итоге?

БАЛАНДИНА: Ну, знаете, рынок мясной продукции настолько волатилен, и настолько не зависит от того, где в отношении него уплачены пошлины. Я могу вам сказать, что правила импорта свинины, они одинаковы на территории всех трех государств. Свинина у нас относится к категории товаров, в отношении которых действуют так называемые тарифные квоты. Что это значит? Что государство, исходя из развития собственного отечественного производства, определяет некий объем квоты, в рамках которой таможенная пошлина не так высока, и где можно ввести эту свинину по ценам, которые могут быть даже чуть ниже...

МУРАВЬЕВ: Хорошо. Галина, мы ввезли свинину и по 100 рублей с каждой тонны заплатили. Но у Белоруссии граница есть с Польшей, с Германией есть границы. У России есть, мы ввозим машины из Японии, мы ввозим товары из Китая в огромном количестве, у нас границ больше. Вот этот общий котел... То есть от машины, ввезенной из Японии в Россию, Белоруссия тоже копеечку получит?

БАЛАНДИНА: Да, да, да.

Все пошлины, они расщепляются на три бюджета, но в пропорциях, соответствующих товарообороту трех государств. Львиная доля поступает, естественно, в российский бюджет, и какие-то части идут в бюджет Белоруссии и Казахстана.

Точно так же ведут себя белорусские и казахстанские таможенники. Взимая таможенную пошлину, они львиную долю от нее перечисляют в бюджет Российской Федерации.

МЕТЛИНА: Галина, у нас очень много звонков. Я хочу послушать Алексея, он хочет задать вам вопрос, дозвонился по телефону 65-10-996. Алексей, добрый вечер, ваш вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Это, скорее, не вопрос. Опять же, вот по поводу резидента. Я бы хотел, чтобы все-таки Галина как-то заявила на радио, чтобы население наше не было наивным, и не слушало новости, что вот якобы таможенный союз начал действовать. Это неправда. Можно попасть, реально попасть при покупке машины в Белоруссии, могут обмануть. Это неправда. То есть сейчас действуют два взаимоисключающих закона. Якобы какой-то есть союз, и если мы начинаем разбираться с таможенным оформлением, как такового союза, по сути-то, не существует.

МЕТЛИНА: Спасибо, Алексей, за ваш вопрос. Галина, поясните, пожалуйста.

БАЛАНДИНА: Я надеюсь, Алексей в своем вопросе не имел в виду легковые автомобили, но я бы эту тему осветила в силу того, что это затрагивает интересы огромного количества частных лиц. Вот то, что для нас сегодня демонстрируется как большой успех в наших интеграционных процессах, для граждан Казахстана и Белоруссии сегодня, я думаю, печальный день. Почему? У нас до сегодняшнего дня существовала разница в ставках таможенных пошлин на легковые автомобили, которые ввозятся физическими лицами. И в Белоруссии, и в Казахстане, ну, так грубо, потому что на разных моделях машины могут быть разные цифры, где-то они были ниже в 10 раз, чем в России.

И, конечно, граждане Белоруссии, Казахстана, они имели более комфортные условия для того чтобы ввозить автомобили, в основном это подержанные автомобили, но могут быть и новые автомобили, для использования в личных целях. Конечно, Россия, защищая свой автомобильный рынок и собственный автопром, не допускала ввоза вот этих вот растаможенных машин по более низким ставкам. С сегодняшнего дня, это было одним из условий, это был один из пунктов плана действий для того чтобы снять вот эти вот границы и таможенникам нашим уйти с общих границ, это было повышение ставок пошлин до уровня, применяемого в России.

МЕТЛИНА: У нас мало времени, Галина, то есть...

МУРАВЬЕВ: В Белоруссии машины подорожали резко?

БАЛАНДИНА: В Белоруссии и Казахстане – да.

МЕТЛИНА: То есть, Галина, мы их заставим кататься на "Жигулях"?

МУРАВЬЕВ: Почему? В Белоруссии есть трактор "Беларусь", тоже неплохой автомобиль!

БАЛАНДИНА: Мы расширим для нашего автопрома с иностранными инвестициями рынок сбыта и на Беларусь, и на Казахстан. Кстати, в Беларуси тоже есть небольшое производство, и в Казахстане тоже.

МЕТЛИНА: Спасибо огромное.

МУРАВЬЕВ: Спасибо. Это Галина Баландина, партнер юридической компании "Пепеляев Групп", руководитель практики по таможенному праву и внешнеторговому регулированию.

Дмитрий Болкунец к нам присоединяется, он политолог. Дмитрий Викторович, вечер добрый.

БОЛКУНЕЦ: Да, вечер добрый.

МЕТЛИНА: Дмитрий Викторович, спасибо огромное, что вы к нам присоединились. И я хотела бы, чтобы мы продолжили разговор вот на какую тему. Вот мы сегодня с разных сторон, да...

МУРАВЬЕВ: Вот Олег написал на сайт finam.fm: "Странно, но похоже это первое за последнее время нормальное решение от нашей власти. Наконец до них дошло, что реально выжить нам, "постсовкам", только создав таможенный союз, учитывая развитых соседей в Европе. Аж не верится... Где-то должен быть подвох!"

МЕТЛИНА: Дмитрий Викторович, где подвох?

БОЛКУНЕЦ: На самом деле я с этим комментарием согласен, с тем, что это правильное решение о создании союза. Но я здесь оговорюсь, скажу, что этот союз еще маленький в своих масштабах, потому что это всего лишь 160 миллионов человек, это не тот рынок, который позволил бы нормально функционировать автономно, скажем так, самодостаточной быть экономикой. Экономики могли бы быть самодостаточными в этих странах. Поэтому этот союз, он должен быть, наверное, первым этапом на пути к большому такому союзу.

Я считаю, что

в стратегическом плане России и страны Казахстана и Белоруссии, другие страны постсоветского пространства должны экономически интегрироваться с Европейским союзом. Это большой рынок глобальный, это технологии, инвестиции и так далее. Вот это переплетение должно быть стратегической целью союза.

МЕТЛИНА: Дмитрий Викторович, мы затронули тему автомобилей, легковых автомобилей. И от нашего третьего гостя мы, так сказать, услышали печальную весть, что теперь белорусы не смогут так фривольно возить, скажем, автомобили из Польши или из Германии, подержанные автомобили, кои были излюбленным передвижения по этой чистой, замечательной и светлой стране. Сейчас наступят тяжелые времена, то есть они будут за таможню, за растаможку платить столько же, сколько платили русские при таких же, в общем, операциях. Какая альтернатива для них теперь возникнет? "Жигули" пятой серии?

БОЛКУНЕЦ: Альтернатива только одна – покупать российские автомобили, которые производятся в России. Это, кстати, не только "Жигули", это производство в том числе зарубежных автомобилей, которые собраны в России. Но я считаю...

МУРАВЬЕВ: Дмитрий Викторович, а не получится, что это вызовет просто напряжение во взаимоотношениях двух, не побоюсь этого слова, народов? И, учитывая резкость нрава главы Белоруссии, вот как мы будем обижаться на его обзывательства на наших политиков, например, теперь?

БОЛКУНЕЦ: Ну, на самом деле здесь я считаю, что Беларусь все-таки как-то проиграла, наверное, в стратегическом плане. Потому что все-таки, безусловно, недоверие со стороны автовладельцев сегодня, очереди на границах исчезли полностью, на белорусской, польской и литовской границах. И, безусловно, это вот недоверие, в том числе к интеграционному процессу под названием Таможенный союз, потому что граждане вынуждены...

Таможенные пошлины выросли на некоторые автомобили до 20 тысяч евро за один подержанный автомобиль. Это безумие, конечно. Поэтому граждане, конечно, будут недовольны.

МУРАВЬЕВ: Но мы-то до этого платили, и, простите за свои слова, и не жужжали.

БОЛКУНЕЦ: В России сборочное производство, во-первых. С другой стороны, мы понимаем Дальний Восток, который жил на японских автомобилях, какие были последствия, когда там волнения определенные были в регионе. Но, с другой стороны, правительство, видимо, делает ставку на поддержку автопрома, и это для российских интересов экономических. Но Беларусь не имеет автомобильных предприятий своих, поэтому здесь республика проигрывает, и население, и государство проигрывает с точки зрения сбора налогов и так далее.

МЕТЛИНА: Дмитрий Викторович, вот завершая нашу беседу, вот, если можно, ваш такой вот политологический взгляд. С одной стороны, для потребителя, который живет в Белоруссии, в Казахстане, в России, что изменится? Увидим ли мы, почувствуем ли это мы на своем кармане, что вот он, шагнул этот союз таможенный...

МУРАВЬЕВ: А может быть, мы почувствуем дыхание белорусской промышленности в своем холодильнике?

МЕТЛИНА: Да, например. Вот что для потребителя, соответственно, выгодно, не выгодно, для того или иного. И второй момент. Что, собственно, с политической точки зрения нам дает, и каковы перспективы, куда двигаться дальше?

БОЛКУНЕЦ: Ну, с точки зрения потребителя, если брать промышленников, то, безусловно, это сокращение транзакционных издержек. А передвижение между странами товаров и услуг, в первую очередь товаров, они становятся... Мы меньше тратим времени на то, чтобы проходить формальные таможенные процедуры, и меньше тратим денег.

Сейчас, кстати, появилась тенденция – российский бизнес уходит в Казахстан, потому что там меньше налоги, меньше ставка НДС, меньше НДФЛ. Есть такая тенденция, кстати, ее мало кто замечает сейчас. Ставка НДС, по-моему, 12% в Казахстане. И приграничный бизнес этого региона вполне может мигрировать немножко.

А по поводу политических таких соглашений я не думаю, что страны будут готовы пока отказаться от политических каких-то интересов. Потому что политики хотят все-таки иметь под собой кресло, и иметь регион, которым они готовы управлять, готовы делиться какими-то политическими функциями. Это мое видение на примере Европейского союза. Поэтому в таком глобальном варианте... Вот, кстати, Путин 1,5 или 2 года назад сказал, что нам нужно стремиться к интеграции с Европейским союзом...

МЕТЛИНА: Да, да, да. Он вообще считает, Владимир Владимирович считает, что это одно из самых удачных мероприятий за весь период, после крушения СССР.

МУРАВЬЕВ: Вот Сергей неожиданно повернул нашу беседу, вот на сайт finam.fm написал следующее: "А как же теперь господин Онищенко, он главный санитарный врач России, будет вводить свои запреты?"

МЕТЛИНА: Вот, кстати, да.

МУРАВЬЕВ: Мне кажется, что ему выдадут просто 39 шлагбаумов, и он будет, в случае чего, быстренько их расставлять по границам! Ну, учитывая, что он должен контролировать стоимость сигарет, то, мне кажется, заняться шлагбаумами тоже можно.

БОЛКУНЕЦ: Онищенко выступает в качестве такого главы Российского МИД периодически, если возникают какие-то политические конфликты, он выступает в качестве вот такого шлагбаума, который перекрывает определенные товарные позиции.

МЕТЛИНА: Я бы назвала это народной дипломатией, Дмитрий Викторович, и посол доброй воли, да, вот так вот.

БОЛКУНЕЦ: Я думаю, что если эта тема будет возникать, то можно, конечно, запрещать ввоз товаров, в том числе из отдельных областей или регионов. Там какая-нибудь свинка американская появилась, и вот закрывают поставки и так далее.

МЕТЛИНА: Но, тем не менее, вы в целом оцениваете эту историю как положительную?

БОЛКУНЕЦ: Я оцениваю положительно, но недостаточную, потому что союз еще в маленьком зачаточном состоянии...

МЕТЛИНА: Понятно.

МУРАВЬЕВ: Ну, будем ждать, когда младенец подрастет. Спасибо большое. Это Дмитрий Болкунец, политолог. Ну что же...

МЕТЛИНА: Спасибо, Дмитрий Викторович, подведем итоги, да.

МУРАВЬЕВ: Ждем, когда младенец подрастет, посмотрим, как изменится настроение в Белоруссии, на чем они станут ездить, подождем. Дороги у них хорошие, вот и поглядим. И будем ждать сметану белорусскую в магазинах и казахскую шерсть, хлопок!

МЕТЛИНА: До тебя это все равно не дотащится, потому что ты сейчас будешь...

МУРАВЬЕВ: Я ухожу в отпуск, и вернусь в эту студию только 25 июля. Оставляю с вами Наталию Борисовну Метлину наедине, не обижайте ее, она вообще не такая и злая, как думают некоторые депутаты Госдумы.

МЕТЛИНА: Да. А я вернусь в эту студию в понедельник, и как всегда на наших волнах будут самые интересные, самые злободневные, самые острые темы. Спасибо огромное всем, кто был с нами на этой неделе. Хороших выходных.

Возврат к списку

Отправить статью

Для получения доступа к Обзорам судебной практики по налоговым спорам необходимо оформить подписку.

Год

30000 рублей + НДС

Подписаться
Я уже подписчик

Необходимо авторизоваться чтобы получить доступ

Авторизоваться

По вопросам подписки обращайтесь, пожалуйста, к Маргарите Завязочниковой
E-mail: m.zavyazochnikova@pgplaw.ru
Nел. +7 (495) 767 00 07

24.01.2023
«Пепеляев Групп» запустила проект «История компании»
30.12.2022
Ключевые проекты «Пепеляев Групп» в 2022 г.
23.12.2022
Елена Соколовская рассказала в РСПП о применении и развитии методик антимонополь...
19.12.2022
Айдар Султанов победил в номинации «Публикация года» премии ОКЮР
07.12.2022
«Пепеляев Групп» и «Актион право» подготовили совместный авторский курс по налог...
05.12.2022
Уроки по комплаенсу с регулятором
05.12.2022
Практики и отраслевые группы «Пепеляев Групп» продемонстрировали выдающиеся резу...
02.12.2022
БФ «Содействие лекарственному обеспечению» учрежден при поддержке «Пепеляев Груп...
X

25 антикризисных задач

которые мы можем решить
вместе с вами


Узнать