Все страньше и страньше, все чудесатее и чудесатее, как сказала бы Алиса, становится российское банкротство. Например, любимые слова еще одной героини незабвенной книги Кэрролла: «голову с плеч!!!» отлично характеризуют отношение к контролирующим лицам. Относительно их субсидиарной ответственности уже ни у кого не осталось сомнений в «исключительности» этого «явления». А вот оценить степень жесткости субординации требований пресловутых КДЛ предстояло участникам дебатов «Субординация требований контролирующих и аффилированных лиц: 4 года после принятия Обзора Верховного Суда», состоявшихся в рамках форума FCongress «Банкротства, реструктуризации, корпоративные конфликты: знаковые дела и судебные процессы в современной России». Модератором дебатов выступила партнер «Пепеляев Групп» Юлия Литовцева. Она подготовила обобщенную статью по итогам мероприятия.
Предвестником субординации стали нормы о зареестровом характере требований, основанных на участии в обществе. Связанные с этим обязательства не позволяют инициировать банкротство. В 2017 году Верховный Суд впервые сказал: «Голову с плеч!» и счел возможным отказывать во включении в реестр и иных требований участников. Но при этом оценил правоотношения из договоров займа как корпоративные. Впоследствии суды некоторое время продолжали развивать подобную практику, иногда для разнообразия признавая сделки с участниками не притворными, а направленными на обход закона.
Позднее такой подход сочли уж слишком жестким и не вполне безупречным с правовой точки зрения и пошли по иному пути. Итогом обобщения новой практики стал Обзор ВС РФ от 29.01.2020. В нем ВС РФ зафиксировал основные «лазейки», которыми пользуются «приближенные» к должнику лица, чтобы войти в реестр кредиторов наравне с независимыми кредиторами. Они уложились в две модели: финансирование должника в условиях кризиса и изначальное недостаточное финансовое обеспечение деятельности компании.
Полная версия статьи:
Forbes
