Несмотря на заголовок, на самом деле невозможно составить закрытый перечень лиц, к которым может быть применима такая форма ответственности. Причина проста: весьма широкое понятие контролирующего лица. Как следует из п. 1 ст. 61.10 Федерального закона от 27.10.2002 № 27‑ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве), к таковым относятся не только лица, имеющие право давать обязательные для должника указания, но и те, кто имеет возможность иным образом определять его действия. А спектр «иного образа» влияния весьма широк: начиная от должностных возможностей и заканчивая давлением любимой подруги. Тему раскрывает партнер, руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса «Пепеляев Групп» Юлия Литовцева.
Мы не будем рассматривать нюансы ответственности традиционных категорий лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности: бенефициаров, руководителей, членов органов управления и участников обществ. Их риски у всех на слуху, и практика сформирована в достаточной степени, чтобы считать ее относительно устойчивой.
Остановимся на менее известных категориях «жертв» субсидиарной ответственности. Таковых достаточно много, поскольку даже в законе приведен широкий круг обстоятельств, с которыми связывается возможность влиять на должника.
Пункт 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве относит к ним в том числе влияние в силу родственных и должностных отношений, выполнения функций представителя. А завершается открытый перечень таких обстоятельств резиновой формулировкой: оказание влияния «иным образом», в том числе путем принуждения. Сразу оговоримся, что ни здесь, ни далее мы не рассматриваем случаи, когда субъект ответственности соответствует не одной, а нескольким категориям контролирующих лиц.
В статье предлагаем проанализировать субсидиарную ответственность главного бухгалтера и иных лиц, ответственных за ведение бухгалтерского учета, финансового директора, юристов и наследников.
Субсидиарная ответственность главного бухгалтера и иных лиц, ответственных за ведение бухгалтерского учета
Лиц данной категории гораздо реже привлекают к субсидиарной ответственности, чем руководителей и участников. Однако подобная практика стала активнее развиваться после включения в подп. 3 п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве упоминания о главном бухгалтере и финансовом директоре как лицах, имеющих возможность определять деятельность должника в силу должностного положения.
Полная версия статьи доступна подписчикам журнала «Акционерное общество»
Мы не будем рассматривать нюансы ответственности традиционных категорий лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности: бенефициаров, руководителей, членов органов управления и участников обществ. Их риски у всех на слуху, и практика сформирована в достаточной степени, чтобы считать ее относительно устойчивой.
Остановимся на менее известных категориях «жертв» субсидиарной ответственности. Таковых достаточно много, поскольку даже в законе приведен широкий круг обстоятельств, с которыми связывается возможность влиять на должника.
Пункт 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве относит к ним в том числе влияние в силу родственных и должностных отношений, выполнения функций представителя. А завершается открытый перечень таких обстоятельств резиновой формулировкой: оказание влияния «иным образом», в том числе путем принуждения. Сразу оговоримся, что ни здесь, ни далее мы не рассматриваем случаи, когда субъект ответственности соответствует не одной, а нескольким категориям контролирующих лиц.
В статье предлагаем проанализировать субсидиарную ответственность главного бухгалтера и иных лиц, ответственных за ведение бухгалтерского учета, финансового директора, юристов и наследников.
Субсидиарная ответственность главного бухгалтера и иных лиц, ответственных за ведение бухгалтерского учета
Лиц данной категории гораздо реже привлекают к субсидиарной ответственности, чем руководителей и участников. Однако подобная практика стала активнее развиваться после включения в подп. 3 п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве упоминания о главном бухгалтере и финансовом директоре как лицах, имеющих возможность определять деятельность должника в силу должностного положения.
Полная версия статьи доступна подписчикам журнала «Акционерное общество»
